Человек действительный и кажущийся (II)[5]
Человек действительный и кажущийся (II)[5]
С тех пор как человек начал думать, он постоянно устремляет свой взор вперед, стремится заглянуть в будущее. Он хочет знать, куда он идет, где очутится после того, как его тело разрушится. Предлагались разные теории, системы и объяснения, и все они одна за другой были отвергнуты, и это будет продолжаться всегда, пока существует человек, пока он думает. В каждой из этих систем есть доля истины, и во всех них масса неверного. Я постараюсь изложить вам суть результатов исследований, которые проводились в этом отношении в Индии; попытаюсь согласовать различные мнения по этому предмету, возникавшие время от времени у индийских философов; попробую объединить результаты, добытые как психологами, так и метафизиками, а если окажется возможным, то и те, к которым пришли современные ученые.
Задача всей философии веданты заключалась в отыскании единства. Индусский ум не заботится о частностях, он всегда ищет общего, больше того, – всеобщего. «Что есть то, знание того делает известным все остальное?» Это наш единственный вопрос. Все наши усилия направлены к отысканию того, знание чего делает для нас понятной всю Вселенную, подобно тому, как знание состава одного комка глины дает понятие о составе всего сделанного из глины. К этому направлены все наши поиски.
По мнению мыслителей-ведантистов, вся Вселенная состоит из одного вещества, которое они называют акаша. Все нас окружающее, все, что мы воспринимаем зрением, обонянием, осязанием или вкусом, все это только дифференцированное проявление этой акаши, тонкой и всепроникающей первичной материи. Все, что мы описываем как твердое, жидкое или газообразное, все формы, образы, тела – земля, солнце, луна, звезды – все состоит из этой акаши.
Под чьим же воздействием на акашу из нее образовалась Вселенная? Рядом с акашей существует всеобъемлющая сила. Все, что во Вселенной обнаруживается как сила, – притяжение, отталкивание и даже мысль – представляет собой лишь проявления этой единой силы, называемой индусами праной. Прана, действуя на акашу, создает Вселенную. В начале цикла прана как бы спит в бесконечном океане акаши; она существует, но бездеятельна. Затем под ее воздействием океан акаши приходит в движение, и из него выделяются все небесные системы: группы солнц, лун и звезд, и Земля с ее человеческими существами, животными и растениями. Таким образом, согласно мыслителям-ведантистам, все проявления силы состоят из праны, материя же во всех ее формах – сгущенная акаша. Когда цикл кончается, все, что мы называем твердым, переходит в следующую, более тонкую форму, в жидкость, жидкости превращаются в газы, газы – в еще более тонкие и простые состояния, и так далее, пока все не обратится опять в первоначальную акашу, а все, называемое движением, притяжением и отталкиванием, не перейдет постепенно в первичную прану. После этого в течение некоторого долгого периода прана спит, а затем опять просыпается, производит всевозможные формы, и когда новый цикл приходит к концу, все опять успокаивается. Таким образом, процесс творения представляет как бы ряд волн, или, по выражению современной науки, бывает статическим в течение одного периода и динамическим в течение другого. Одно время он остается потенциальным, в другое – становится активным. Это чередование продолжается вечно. Сказанное до сих пор известно и новейшей науке, и дальше этого физические исследования идти не могут. Но это не все, исследование на этом остановиться не могло. Пока вся Вселенная сведена к двум составным элементам, к материи и энергии, или к тому, что древние философы в Индии называли акаша и прана, но мы не нашли еще то Одно, что дает знание всего остального. Следующий шаг должен был заключаться в отыскании начала в обеих. И дальнейшее исследование привело к заключению, что эти два элемента произведены еще более высшей сущностью, которую назвали мыслью, космическим «махатом». Мысль – это всюду распространенное проявление существования, более тонкое, чем акаша и прана, на которые она кажется разделенной. Вначале существовала мировая мысль, затем она проявилась, изменилась и развернулась в две – акашу и прану, сочетаниями которых и произведена вся Вселенная.
Теперь мы перейдем к психологии. Когда я смотрю на вас, ощущение видения передается мне глазами и от них переносится чувствующими нервами мозгу. Но внешние глаза не органы зрения, они только внешние орудия. Если действительный орган, находящийся в мозгу и получающий там ощущение, разрушен, то, хотя у меня и есть два глаза, я не буду видеть. Ваше изображение на ретине моих глаз может быть безукоризненно, а я все-таки вас не увижу. Поэтому орган не то, что орудия, или глаза, а должен находиться за ними. То же следует сказать и о всех других ощущениях. Нос не орган обоняния, а только орудие, орган же позади него, в мозгу. Для каждого чувства мы имеем, во-первых, орудие, внешнюю часть физического тела, а позади него, в том же теле – орган. Но и этого недостаточно. Предположим, что я говорю вам, и вы слушаете меня очень внимательно. В это время раздается звон колокольчика, но вы его не слышите. Что при этом произошло? Колебания воздуха достигли вашего уха, произвели сотрясение вашей барабанной перепонки, и впечатление передано слуховым нервом в мозг. Почему же вы не слышали звона? Если весь процесс, включая и передачу впечатления мозгу, закончен, почему вы не слышали? Потому что чего-то еще недоставало. Прежде всего ваш ум не был соединен с органом слуха, а если ум разобщен с органом, то, какие бы новости орган ни принес ему, сознание их не получит. Ум может получить известие только тогда, когда сообщен с органом. Но и это еще не все. Орудие может принести ощущение, орган может получить его, ум может быть сообщен с органом, и все-таки восприятие не будет полным. Необходим еще один фактор: нужна реакция в уме, при которой только и является знание. То, что находится вне меня, как бы посылает в мой мозг сведения о текущих событиях; там их получает ум и представляет интеллекту, который относит их к соответствующим группам раньше полученных впечатлений и посылает назад ряд реакций, с которыми и наступает восприятие. Здесь, таким образом, уже проявляется воля. Состояние ума, при котором происходит реакция, называется буддхи, или интеллект.[6] Но и это еще не все. Остается еще одна ступень. Представим себе, что мы имеем камеру и перед ней экран, и я хочу отбросить на этот экран какое-нибудь изображение. Что я должен сделать? Я должен направить через камеру лучи света так, чтобы они упали на экран и были там собраны в группы. Очевидно, экран, на котором предполагается получить картину, должен быть неподвижен, потому что лучи, которые я направляю, должны сойтись на нем группами, расположенными в требуемом, строго определенном порядке, что будет невозможно, если экран движется. То же требуется и в случае ощущения, которое наши органы, получая внутри нас, передают уму и которое ум в свою очередь представляет интеллекту. Процесс не может быть закончен, если нет чего-нибудь постоянного, какой-нибудь, так сказать, поверхности, на которой могла бы образоваться картина чего-нибудь, на чем могли бы соединиться все различные впечатления. Что же объединяет изменяющееся целое, представляющее собой наше существо? Что сохраняет единство этого с каждым часом меняющегося движения? На чем все наши различные впечатления собираются, устанавливаются и образуют объединенное целое? Мы пришли к заключению, что это должно быть нечто неподвижное относительно тела и ума, некий индивидуум, в котором приносимые умом и интеллектом ощущения помещаются, группируются и образуют одно целое. Это нечто, этот индивидуум называется душой человека. Итак, мы видим в человеке тело и ум, и позади ума нашли душу. Во Вселенной выше акаши и праны есть только Мировой Разум, а за ним есть также Мировая Душа, называемая Богом. Эта Мировая Душа при развертывании становится Всемирным Разумом, который затем развертывается в прану и акашу. Происходит ли то же и у отдельного человека? Создает ли и у него душа – ум, а ум – тело? Другими словами, составляют ли его тело, ум и душа три разные сущности или они только различные состояния одного и того же единого существа? Первый шаг к разрешению этого вопроса уже нами сделан. Мы знаем, что у человека есть внешнее тело и позади него органы, ум, интеллект и душа. Для начала допустим, что душа нечто отдельное от тела и даже от ума. Относительно этого мнения религиозного мира делятся: учения, известные под общим названием дуалистических, принимают, что находящаяся позади интеллекта душа качественна, обладает разными изменяющимися свойствами и что чувства наслаждения, удовольствия и страдания принадлежат ей; недуалисты, напротив, не признают за душой никаких свойств, говорят, что она бескачественна.
Я рассмотрю сначала учение дуалистов и попытаюсь представить вам их взгляд на душу и ее судьбу, затем противоположную систему и, наконец, постараюсь найти ту гармонию, к которой нас приводит недуализм. Первые говорят, что так как душа отлична от ума и тела и не состоит из акаши и праны, то она должна быть бессмертна. Но почему должна? Что мы понимаем под смертью? Под смертью мы понимаем просто разложение. Разложение возможно только для таких вещей, которые представляют собой результат соединения. Все составленное из двух или нескольких частей, должно рано или поздно разложиться, т. е. умереть; то же, что не является результатом соединения, – не способно к разложению, или, другими словами, умереть не может. Только оно бессмертно, только оно существует вечно. Оно и создано, так как все созданное есть соединение. Никто никогда не видел, чтобы что-нибудь было создано из ничего; все, что мы знаем, представляет собой соединение в новых формах вещей, уже существовавших раньше. Если это так, то душа человека как простой элемент должна была существовать от вечности и будет вечно существовать. Даже лишившись тела, душа будет продолжать жить. Согласно ведантистам, когда тело перестает жить, жизненные силы человека сосредоточиваются в его уме, ум обращается в прану, прана входит в душу человека, и душа выходит из тела, как бы одетая в то, что они называют тонким, умственным, или духовным, телом, называйте его как хотите. В этом теле находятся самскары человека. Что такое эти самскары? Ум похож на озеро, и каждая мысль подобна волне в нем. Как в озере волны поднимаются, падают и исчезают, совершенно так же и в материи ума постоянно возникают и затем исчезают волны мысли. Исчезают они не навсегда, но только становятся все тоньше и тоньше и затем остаются, готовые по первому зову воспрянуть. То, что мы называем воспоминанием, не что иное как вызывание в форме волны некоторых мыслей из числа перешедших в это тонкое состояние. Таким образом, каждое сделанное нами дело и даже все, что мы думали, прочно сидит в нашем уме. Все это там, только в тонкой форме. Когда человек умирает, вся сумма полученных им при жизни впечатлений остается в его уме и продолжает действовать на тонкую материю. Душа, облеченная этими впечатлениями и тонким телом, покидает плотное тело, и ее дальнейшая судьба определяется равнодействующей всех сил, представляющих собой различные впечатления. Согласно Упанишадам, для души существуют три рода предназначений.[7]
Те, кто уже достиг значительного духовного развития, следуют по направлению солнечных лучей и попадают в так называемую Солнечную сферу. Через нее они приходят в Лунную сферу, а из нее – в сферу Света. Здесь они встречают другую душу, уже совершенную, которая ведет нового пришельца вперед, в самую высшую из всех сфер, называемую Брама-Лока, или сфера Брамы, где душа достигает всеведения и всемогущества и становится почти так же могущественна и всезнающа, как Сам Бог. В этой сфере, согласно воззрениям дуалистов, она остается навеки, а по мнению недуалистов, сливается при конце цикла со Вселенной. Следующий класс людей, творивших добрые дела из-за эгоистических побуждений, результатами совершенных ими добрых дел приводится, после смерти в так называемую Лунную сферу, где находятся разные небеса; здесь они приобретают тонкие тела и свойства богов и живут, наслаждаясь, в течение долгого периода небесным блаженством. Когда же этот период оканчивается, старая карма возвращается к ним, и они попадают опять на землю. Они спускаются, говорят дуалисты, через все упомянутые области в сферу воздуха и облаков и, наконец, достигают земли с дождевыми каплями. Попав на землю, они прицепляются к какому-нибудь зерну, которое случайно съедает человек, способный снабдить их материалом для нового тела. Последний класс, порочные люди, становятся после смерти привидениями или демонами и живут где-то между лунной и земной сферами. Одни из них стараются причинять вред людям, другие относятся к ним дружелюбно. Прожив в этих условиях некоторое время, они опять попадают на землю и становятся животными, а затем освобождаются и возвращаются опять на землю же в виде людей, получая, таким образом, еще раз возможность путем труда достигнуть спасения.
Земля называется Карма-Бхуми, сфера кармы. Только на ней человек отрабатывает свою карму; в состояниях же богов, привидений, демонов и животных, когда он испытывает следствия совершенных им на земле добрых или дурных дел, или, как говорят, получает за них награду или наказание, новая карма не вырабатывается.
Особенно хорошая или, напротив, очень плохая карма приносит плоды скоро. Например, если человек всю жизнь делал много зла и совершил только несколько добрых дел, последствие этих добрых дел проявляется немедленно, а затем наступает очередь для последствий дурных поступков.
Люди, общий характер жизни которых был негативен, но которые совершили несколько очень хороших или великих дел, становятся богами и наслаждаются божественным могуществом, пока сила их добрых дел не истощится. Затем они возвращаются на землю людьми, чтобы загладить старое зло. Те же, чья жизнь состояла почти сплошь из дурных поступков, равно как совершившие страшные злодеяния, примут тела привидений и демонов, и только по истощении причиненного ими зла немногие добрые дела, ими совершенные, сделают их опять людьми. Путь к Брама-Локе, из которой нет больше падения или возврата, называется Дэвойяна, т. е. путь к Богу, а путь в небеса – Питрийяна, или путь к отцам. Человек, таким образом, согласно философии веданты, самое великое существо во Вселенной, и земля, или мир труда, – самое лучшее место в ней, потому что здесь человеку представляется наибольший выбор средств стать совершенным. Ангелы и боги, или как бы вы их ни называли, должны стать людьми, если хотят быть совершенными, так как человеческая жизнь представляет собой великое средоточие самых удивительных для этого возможностей.
Дальше мы приходим к другому роду философии. Буддисты отрицают всю только что приведенную мной теорию души. «Какая польза, – говорит буддист, – предполагать нечто как субстрат или основу тела и ума? Почему не позволить мысли идти дальше? Зачем принимать кроме организма, состоящего из ума и тела, еще третью сущность, называемую душой? Разве самого организма недостаточно для его объяснения?» Эти аргументы очень сильны, и рассуждение вполне правильно. В целях опытного наблюдения мы можем считать, что организм служит достаточным объяснением себя самого, так, по крайней мере, многие думают. Зачем тогда мы будем предполагать существование души как субстрата, как чего-то, что не ум и не тело, но основание обоих? Остановимся на этом положении. Примем, что существуют только ум и тело. Тело, как мы знаем, есть название постоянно меняющегося потока материи. Ум – название постоянно меняющегося потока мыслей или сознания. Что же производит их кажущееся единство? Говорю «кажущееся», потому что в действительности единства в них нет. Это то же, как если я возьму горящий факел и буду его быстро вращать перед собой. Вы увидите огненный круг, но круга тут никакого не будет, а будет только ряд последовательных положений факела, оставляющий в глазах впечатление круга. Так же нет действительного единства и в теле. Это масса материи, постоянно бегущей вперед, и назвать одним можно только всю массу этой материи, но не меняющиеся ее части. Нет единства и в уме; каждая мысль его отлична от всех прочих мыслей, и только бегущий поток их производит иллюзию единства. Итак, нет никакой надобности в третьей сущности; общее явление тела и ума – это все, что есть в действительности. За ним нет ничего.
Некоторые секты и школы усвоили в последнее время эту буддийскую идею и утверждают, что она их собственное новое открытие. В большей части направлений буддийской философии основная идея заключалась в том, что этого мира совершенно достаточно, и нет никакой надобности искать какой-то особой причины его. Они говорят: эта материальная Вселенная – все, что существует; зачем придумывать еще что-то для ее объяснения? Все есть совокупность качеств, зачем еще нужна какая-то загадочная сущность? Идея о сущности вытекает из быстрой смены качеств, а вовсе не из чего-то неизменного, существующего поверх них. Мы видим, как поразительны некоторые из этих аргументов, и они легко находят поддержку в обыкновенном жизненном опыте человечества; ведь в самом деле ни один из миллиона людей не может, не в состоянии думать о чем-либо, кроме явлений. Для огромного большинства человечества природа кажется изменяющейся, вращающейся, соединяющейся и перемешивающейся массой изменений. Очень немногие схватывают позади нее проблеск спокойного моря; для нас же Вселенная представляется только изборожденной волнами. Таким образом, есть два мнения: одно – что за умом и телом есть некая неизменяемая и неподвижная сущность, и другое – что во Вселенной нет такой вещи как неподвижность и неизменяемость, что все – изменение и, кроме изменения, нет ничего. Это разногласие устраняется, когда мы поднимаемся до следующей идеи, принадлежащей недуалистической философии.
Эта философия заявляет, что дуалисты правы, предполагая позади всего нечто, как неизменяющийся задний план. Она говорит, что мы не можем понимать изменение, не имея чего-нибудь неизменного, что можно было бы ему противопоставить; что понимать изменяемое можно, только думая о менее изменяемом, а это в свою очередь покажется нам более изменяемым по сравнению с чем-либо другим, которое изменяется еще меньше, и т. д., пока не придем к тому, что должны будем принять нечто никогда и нисколько не изменяющееся. Вся сумма явлений должна была существовать раньше в состоянии непроявленном, спокойная и молчаливая вследствие равновесия противоположных сил, или, что то же, когда никакая сила не действовала, так как силы действуют только тогда, когда происходит нарушение их равновесия. И Вселенная всегда стремится вернуться опять к состоянию равновесия. Заявляя, что есть нечто неизменяемое, дуалисты совершенно правы, но их утверждение, что это неизменяемое не тело и не ум, а что-то отличное от обоих – неверно. Также и буддисты, пока говорят, что вся Вселенная – ряд постоянных изменений, совершенно правы, так как пока я отличен от Вселенной, пока стою в стороне и смотрю на нее как на нечто проходящее передо мной, пока есть две вещи – зритель и видимая вещь, до тех пор всегда будет казаться, что Вселенная – одно из изменений, меняющееся постоянно в течение всего времени. Но истина в том, что в этой Вселенной есть как изменение, так и неизменяемость. Нет того, чтобы душа, ум и тело представляли три отдельных сущности, но все они представляют один организм, состоящий из этих трех. Одна и та же вещь кажется теперь телом, потом умом и затем чем-то, что выше тела и ума, но только не всеми тремя в одно и то же время. Тот, кто видит тело, не видит в это время ума; видящий ум, не видит того, что он называет душой, а для того, кто видит душу, тело и ум исчезают. Видящий только движение, никогда не видит абсолютного покоя, а для того, кто видит абсолютный покой, исчезает движение. Веревку принимают иногда за змею. Тот, кто, смотря на веревку, видит змею, не видит веревки, а когда иллюзия пропадает, и он смотрит на веревку, змея исчезает.
Есть только одна всеобъемлющая сущность, и она одна кажется многообразием. Эта Сущность – Душа, или Я – представляет собой все, что существует во Вселенной. На языке недуалистов, Она – Брахман, кажущийся многообразным вследствие разных имен и форм. Посмотрите на волны в море. Ни одна волна не отделена от моря. В чем же причина, что они кажутся отличными от него? В названии и форме. Если отбросить имя и форму, останется только море. Так же нет различия и во Вселенной. Вся она – Одна Единая Сущность, кажущееся же многообразие создается только именем и формой. Как в каждой освещенной солнцем капле воды получается точное изображение солнца, так Душа, Я, Единая Сущность Вселенной, отражаясь во всевозможных каплях, носящих разные имена и формы, кажется различной. На самом деле она Одна. Нет ни «Я», ни «Вы» – это все Одно. Все – или «Я», или «Вы». Идея о двойственности ложна, и все наше представление о Вселенной неверно. Когда наступит правильное понимание и человек увидит, что нет множества, а есть только Одно, он поймет, что он сам – Вселенная. «Я – это Вселенная как она теперь существует, со всеми ее постоянными изменениями; оно выше всяких перемен, выше всех качеств, вечно совершенное, вечно блаженное».
Поэтому есть только один Атман, одно Я, вечно чистое, вечно совершенное, неизменяющееся и неизменяемое. Оно никогда не меняется, и все изменения во Вселенной – только как бы грезы этого одного Я. Его имена и формы рисуют все эти грезы. Форма создает отличие волны от моря. Но представьте, что волна улеглась: осталась ли форма? Нет, она исчезла. Существование волны вполне зависит от существования моря, но существование моря совсем не зависит от существования волны. Форма остается только до тех пор, пока есть волна, но когда волна теряет форму, она не может остаться и исчезает. Имя и форма – причина того, что называется майя. Это майя делает нас индивидуальными, заставляет одного казаться отличным от другого. Но она сама не имеет существования. О майе нельзя сказать, что она существует. Нельзя сказать, что существует форма, потому что она зависит от существования других объектов, но и нельзя сказать, что ее не существует, раз мы видим, что она производит все эти различия. Согласно философии адвайты, майя, или неведение, или имя и форма, или, как ее называют в Европе, время, пространство и причинность, – есть часть, маленькая частица одной Бесконечной Сущности, внушающая нам идею о множественности Вселенной, тогда как в действительности Вселенная – Одно.
Пока человек думает, что есть две сущности, он ошибается; узнавая же, что она только Одна, становится прав. Это ежедневно доказывается как в физическом, так в умственном и духовном планах. Сегодня я показал вам, что вы и я, так же как солнце, луна и звезды, – только имена различных скоплений материи, постоянно меняющих место и вид. Частица энергии, которая несколько месяцев назад была в солнце, теперь может быть в человеческом теле, завтра – в теле животного, а послезавтра – в растении. Она будет вечно переходить из одной формы в другую, потому что все эти формы не что иное, как непрерывная, бесконечная масса материи, разделенная только названиями и формами. Одна форма ее называется солнцем, другая – луной, третья – звездами, следующая – человеком, следующее – животным, следующая – растением и т. д. С другой точки зрения, эта самая Вселенная есть океан мысли, в котором каждый из нас представляет точку, называемую отдельным умом. Вы, я и каждый человек – все это умы, и самая Вселенная, с точки зрения знания, когда глаза освобождены от иллюзии и ум стал чистым, кажется непрерывным абсолютным Существом, вечно чистым, неизменным, бессмертным. Что же тогда остается от учения дуалистов о конечной судьбе мира и человека, по которому, когда человек умирает, он переходит на небо или в ту или другую сферу, а очень порочные люди становятся привидениями, животными и т. д.? Никто никуда не переходит, говорят недуалисты. Как вы можете куда-нибудь переходить, когда вы бесконечны? Где место, в которое вы могли бы идти? Как маленькая девочка сказала о Земле: «Куда же Земля может упасть?» – так и недуалист говорит о душе: «Куда она может пойти?» Самый вопрос о рождении и смерти, с его точки зрения, – бессмыслица. Кто приходит и кто уходит? Где вас нет? Где то небо, в котором бы вы уже не находились? «Я» человека вездесуще, куда оно может идти? Где его нет, куда бы оно пошло? Оно уже всюду. Таким образом, весь этот детский бред, это ребяческое заблуждение относительно рождения и смерти, о небе и высшем и низшем мирах для совершенного человека исчезают немедленно, а для почти совершенного – после того как ему будут показаны разные сцены вплоть до Брама-Локи. Заблуждения остаются только у людей невежественных. Как же случилось, что весь мир верит в рождение и смерть и в путешествие на небо? Представим себе, что я читаю книгу. Страница за страницей прочитывается мной и перевертывается. Что же изменяется, кто приходит и уходит? Не я, но книга. Вся природа – это книга, открытая перед душой. Глава за главой прочитывается и перевертывается, и постоянно, от времени до времени, открываются новые сцены. Одна прочитывается и перевертывается, – является другая, но душа вечно остается той же самой. Меняется природа, но не душа человека. Душа никогда не изменяется. Рождение и смерть – в природе, а не в вас. Невежда обманывается, думая, что движется солнце, а не земля; совершенно как мы, думая, что умираем мы, а не природа. В обоих случаях это галлюцинации. Галлюцинация относительно рождения и смерти совершенно того же рода, как та, которую мы испытываем, сидя в железнодорожном поезде, когда думаем, что движутся поля, а не поезд. Когда люди обладают известным складом ума, принадлежат к тому же плану существования, они видят сущность как землю, солнце, луну, звезды; и все того же плана видят то же самое. Но кроме нас могут быть миллионы существ других планов существования. Им все представляется иначе, и они никогда не увидят нас, а мы не увидим их. Мы видим только тех, кто имеет тот же склад ума, т. е. находится на одном с нами плане. Только те музыкальные инструменты отвечают друг другу, которые имеют одинаковый строй. Таким образом, если колебания, называемые человеческими вибрациями, изменятся, люди не будут видны больше, вся человеческая Вселенная исчезнет и вместо нее перед нами окажется другая сцена, явятся, может быть, боги и божеская Вселенная, а может быть, для порочного человека – дьяволы и дьявольская Вселенная, но все это будет только различным видом той же одной Вселенной. Эта самая Вселенная, видимая с человеческого плана как земля, солнце, луна, звезды и все прочее, с плана пророка будет видима желающими попасть на небо, как небо, тем же, кто мечтает попасть на небо к Богу, сидящему на престоле, и стоять там, славословя Его, после смерти представятся видения того, что было в их уме; эта самая Вселенная изменится для них в обширное небо со всякого рода крылатыми существами, летающими вокруг, и богами, сидящими на тронах. Все эти небеса – создание самого человека. Адвайтист находит, что все, что говорит дуалист, верно, но что это произведение его собственной фантазии. Все эти сферы, дьяволы, боги, перевоплощения и переселения – все это мифология, выдумки, так же как и вся человеческая жизнь. На это обыкновенно отвечают: «Мы не должны считать это мифологией – только это и верно». В такое заблуждение люди постоянно впадают. Они прекрасно понимают, когда другие вещи называются выдумками, но никогда не согласятся применить то же название к их собственным положениям. Все, как оно кажется, конечно, выдумки, но самая большая ложь в том, что люди считают себя телами, которыми они никогда не были и никогда не могут быть. Молясь Богу, мы все время молимся нашему собственному скрытому Я. Самая худшая ложь, какую мы когда-нибудь говорили себе, – это что мы родились грешниками или злыми людьми. Только тот, кто сам грешник, видит грешника в другом. Злой смотрит на Вселенную как на ад, более добрый видит в ней небо, тогда как совершенные существа знают, что она – Бог. У последнего покрывало спадает с глаз, и он видит, что его зрение изменилось – дурные сны, мучившие его целые годы, исчезли, и он, считавший себя человеком, богом или дьяволом и думавший, что живет в низших или высоких сферах, на земле или на небе и т. п., видит, что на самом деле он вездесущ, что время в нем, а не он во времени, все небеса в нем, а не он в небе, и все боги, которым он молился, – в нем. Он видит, что сам был создателем богов, демонов, людей и растений, животных и камней; и истинная природа человека восстает перед ним, раскрытая, более высокая, чем небеса, более совершенная, чем Вселенная, более бесконечная, чем бесконечное время, более вездесущая, чем вездесущий эфир. Только таким образом человек становится бесстрашным и свободным, все его заблуждения прекращаются, и все горести и страхи исчезают навсегда. Для него нет более рождений и смерти; уходит страдание и с ним – наслаждение; земля исчезает и с ней – небеса, тело и ум; вся Вселенная как бы переходит в потенциальное состояние. Постоянные движения, стремления и борьба сил прекращаются, и то, что проявлялось как сила и материя, как борьба природы, как сама природа, как небо и земля, растения, животные, люди и ангелы, – все превращается в бесконечную, непрерывную, неизменную сущность, и человек видит, что составляет с этой сущностью одно. Как разноцветные облака, проходя по небу, остаются на нем секунду и исчезают, совершенно так же проходят перед душой все эти видения земель, небес, луны, богов, удовольствий и страданий: все они уходят, оставляя одно бесконечное, голубое, неизменное небо. Небо никогда не меняется, меняются только облака; мы же ошибочно думаем, что меняется небо. Так же, только по недоразумению, мы считаем себя нечистыми, ограниченными, отдельными. В действительности человек – Одна Единая Сущность.
Возникают два вопроса. Во-первых, можно ли убедиться в этом? Ведь это только теория, философия, но можно ли убедиться на практике, что эта теория верна? Да, можно. В этом мире и теперь живут люди, у которых иллюзии навсегда исчезли, и это достижимо и для других. Что же, достигнув такого состояния, люди тотчас же умирают? Не так скоро, как мы думаем. Два колеса, соединенных общей осью, вращаются вместе. Если я буду держать одно колесо и перерублю ось, то колесо, которое я держу, остановится, но в другом еще сохранится живая сила, и прежде чем упасть, оно будет некоторое время вращаться. Чистое и совершенное существо – душа – это одно колесо, а внешнее преходящее явление тела и ума – другое; они соединены осью деятельности, кармой. Знание – это топор. Он разрубит связь между обоими, и колесо – душа – остановится, перестанет переноситься с одного предмета на другой, перестанет жить и умирать, перестанет считать, что она – часть природы и имеет нужды и желания, и увидит себя совершенной и ничего не желающей. Но в другом колесе – колесе тела и ума – останется живая сила прежних действий, и оно будет жить, пока эта живая сила не истощится. Тогда тело и ум уничтожатся, и душа станет свободной. Больше для нее уже не будет хождения на небо и обратно, ни даже в Брама-Локу и другие высшие сферы, так как куда и откуда она могла бы перемещаться? Человек, достигший в этой жизни такого состояния, для которого хотя бы на одно мгновение изменился вид мира и стала видна действительность, называется живой свободой! Цель последователя веданты – достигнуть такой живой свободы.
Однажды я путешествовал по Западной Индии в пустынной местности на берегу Индийского океана. День за днем я шел пешком по пустыне и каждый день с удивлением видел прекрасные озера, окаймленные деревьями, отражения которых дрожали в воде. «Какое великолепие! – думал я. – И это называют пустыней!» Почти месяц я странствовал, видя эти чудные озера и растительность. Но в один день у меня явилась сильная жажда, и я захотел напиться. Я направился к одному из этих прекрасных озер, но когда приблизился к нему, оно исчезло с быстротой молнии. С такой же быстротой в моем уме блеснула мысль: «Это был мираж, о котором я раньше знал только из книг». Вместе с этим я подумал, что ведь целый месяц видел этот мираж и не догадывался. На следующее утро я продолжил свое путешествие. Опять появилось озеро, но теперь я уже знал, что оно ненастоящее. То же бывает и в этой Вселенной. Все мы путешествуем в воображении по этому мирку, видя его изо дня в день, из месяца в месяц, из года в год и не зная, что видим только мираж. В один день он исчезает, но затем появляется опять; тело наше остается под влиянием прежней кармы, и мираж возвращается. Обманчивое представление об этом мире будет возвращаться и овладевать нами все время, пока мы связаны кармой; мужчины и женщины, растения и животные, наши привязанности и обязанности – все будет возвращаться, но не с прежней силой. Силой приобретенного знания сила кармы будет сломана и ее яд утрачен. Она преобразуется, так как вместе с ней будет появляться мысль, что теперь мы знаем ее и понимаем огромную разницу между действительностью и миражом. Мир уже не будет тем, чем он был для нас прежде. Но в этом есть и опасность.
Во всех странах мы видим людей, считающих себя последователями этой философии и заявляющих: «Я выше добродетели и порока, а значит, не связан никакими нравственными законами и могу делать все что хочу». Да и в вашей стране можно встретить людей, которые утверждают: «Я ничем не связан; я сам – Бог; предоставьте мне делать то, чего я хочу». Но это неверно. Душа действительно не подчинена никаким физическим, умственным и нравственным законам. В законе – рабство, вне закона – свобода. Это правда, что свобода – прирожденное право души, ее природа, что она просвечивает через все покровы материи в форме кажущейся свободы человека. В каждый момент нашей жизни мы чувствуем, что свободны, что не можем ни жить, ни говорить, ни дышать без того, чтобы не чувствовать, что свободны. Но в то же время всегда остается подспудная мысль, что мы похожи на машины, а вовсе не свободны. В чем же тогда истина? Не чистое ли заблуждение эта идея о свободе? Одна часть людей считает заблуждением идею о свободе, другая – идею о рабстве. Кто же прав?
Человек действительный не может не быть свободным; он становится связанным только тогда, когда входит в мир майи, имени и формы. Свободная воля – название неправильное. Как воля может быть свободна? Воля начинает существовать не раньше того, как истинный человек становится рабом. Воля человека связана, но то, что проявляет эту волю, вечно свободно; и даже в состоянии рабства, которое мы называем человеческой жизнью, или божеской жизнью, или жизнью в небесах, или на земле, в нас все-таки остается воспоминание о свободе, которая составляет наше божественное право, за которое все мы сознательно или бессознательно боремся.
Когда человек достигает свободы, как он может быть связан каким бы то ни было законом? Никакой закон во Вселенной не может связать его, потому что сама эта Вселенная принадлежит ему. Он сам – Вселенная. Про него можно сказать только, что он – Вселенная или что для него нет Вселенной. Как же может он думать о таких вещах, как пол, страна и т. п.? Как может говорить: «Я мужчина, я женщина, я ребенок»? Не ложь ли это? Узнав истину, как он может говорить, что то составляет право мужчины, а это – право женщины? Никто не имеет никаких прав, так как никто даже не существует отдельно от остальных. Нет ни мужчин, ни женщин; душа вечно бесполая, вечно чистая. Ложь говорить, что я мужчина или женщина, или принадлежу к той или другой стране. Весь мир – мое отечество, вся Вселенная принадлежит мне, потому что я одет ей, как моим собственным телом. И однако же мы видим людей, отстаивающих эти теории и в то же время творящих дела, которые нельзя назвать иначе как скверными. А если мы спросим их, почему они так поступают, они ответят, что мы заблуждаемся, так как они не делают ничего дурного. Где основания, по которым можно судить, что хорошо и что дурно? Основания следующие: хотя добро и зло – условные проявления души, но зло – более внешняя, а добро – более внутренняя оболочка действительного человека, действительного «Я». Если человек не проникнет через слой зла, он не достигнет слоя добра и если не пройдет через оба слоя, не достигнет сущности «Я». Пока дурные побуждения не вполне переработаны, пока прежняя нечистота не вполне истреблена, человек не может познать истину на собственном опыте. Когда же истина им постигнута, при нем остаются только позитивные впечатления прошлой жизни, только положительная жизненная сила. Если такой человек продолжает жить в теле и трудиться, он трудится только ради добра, его уста произносят только благословение, его руки делают только добрые дела, в его уме возникают только хорошие мысли. Он весь – живое благословение. Такой человек, куда бы он ни пошел, будет способен одним своим присутствием превратить самых порочных людей в святых. Если он даже не скажет ни слова, его появление среди людей будет счастьем для человечества. Могут ли такие люди делать какое-нибудь зло? Могут ли они совершать дурные поступки? Вы должны помнить, что между убеждением и простой болтовней разница, как между двумя полюсами. Говорить можег каждый, даже попугай; но разговор – одно, а убеждение – совсем другое. Философские учения, концепции, доказательства, книги и теории, церкви и секты и тому подобные вещи хороши каждая сама по себе; но когда появляется убеждение, подкрепленное собственным опытом, они теряют всякое значение. Географические карты нужны, но когда вы своими глазами увидите изображенную на них страну и потом взглянете на карту, какие разные впечатления вы получите! Совершенно так же те, кто путем опыта убедился в истине, не нуждаются в логических умозаключениях и прочей интеллектуальной эквилибристике, чтобы понять ее. Для них их жизнь как бы сгустилась и стала более чем осязаемой. Мудрецы веданты говорят: «Совершенно так же, как, держа плод в руке и глядя на него, говорите: «Вот он, здесь», – так и те, кто на опыте познал истину, скажут: «Вот Я». Вы можете спорить с ними годы, но они будут только улыбаться и относиться ко всем вашим словам как к детскому лепету. Они познали истину и спокойны. Представьте, что вы побывали в какой-нибудь стране, и вот приходит к вам человек и старается доказать, что такой страны никогда не существовало. Он может продолжать свои доказательства до бесконечности, но приведет вас только к заключению, что самое подходящее для него место – дом для сумасшедших.
Человек познавший говорит: «Все людские толки об их маленьких религиозных системах – детский лепет; истинная сущность, душа религии – это познание на практике». Религию можно познать опытом, но готовы ли вы к этому? Хотите ли этого? Если вы действительно постараетесь, вы достигнете такого практического познания и только тогда будете истинно религиозным. Пока же вы не достигли такого познания, вы ничем не отличаетесь от атеиста. Атеист, по крайней мере, искренен, а в человеке, который говорит, что верит, но никогда не пробует убедиться в вере на опыте, нет искренности.
Что же следует за приобретением опытного познания? Предположим, что мы убедились в единстве Вселенной, в том, что мы – Единое Бесконечное Существо, Я; что это «Я», которое проявляется во всех различных феноменальных формах. Что же затем станется с нами? Не сделаемся ли мы бездеятельными, не спрячемся ли в углу и не будем ли сидеть там и ждать смерти? Какую пользу принесет наше познание миру? Опять этот старый вопрос! Прежде всего какое право имеет кто-нибудь спрашивать, какую пользу принесет это миру. Что под этим понимается? Ребенок любит лакомства и видя, что вы занимаетесь исследованиями, допустим, в какой-нибудь области электричества, спрашивает вас: «Можно ли на то, что вы делаете, купить пирожное?» «Нет», – отвечаете вы. «Тогда какая от этого польза?» Так же разумно и рассуждение взрослых: «Какая польза от этого миру? Даст ли оно ему деньги?.. Нет? Тогда какая от него польза?» Но опытное религиозное познание приносит миру и бесконечную пользу. Люди боятся, что когда достигнут его и узнают, что есть только Одно, то источник любви иссякнет, они утратят все, что любят, и оно исчезнет для них не только в этой жизни, но и в будущей. Они воображают, что выдающиеся деятели мира заботились о самих себе, а не о мире. Но человек любит только тогда, когда находит, что действительный предмет его любви не какая-нибудь низменная, ничтожная смертная вещь, когда видит в нем не комок праха, но самого Бога. Жена больше полюбит своего мужа, если будет считать его самим Богом, муж будет больше любить жену, если узнает, что ее сущность божественна. Та мать больше всего любит своих детей, которая смотрит на них как на самого Бога; тот человек будет любить своего величайшего врага, который знает, что этот его враг – сам Бог. Человек будет любить святого, о котором знает, что он – Бог, но будет любить также и самого грешного из людей, если знает, что сущность этого грешного человека – также Он, Господь. Тот двигает мир, для кого его маленькое я умерло, а на его месте стоит Бог. Для него вся Вселенная будет преображенной. Все болезненное и горестное для него исчезнет, всякая борьба прекратится. Эта Вселенная, вместо того чтобы быть тюрьмой, в которой мы каждый день боремся и соперничаем из-за куска хлеба, станет для нас театром. Как прекрасна будет тогда Вселенная! Только такой человек имеет право воскликнуть: «Как прекрасен этот мир!» Благой результат, даваемый миру таким познанием, таков, что если бы человечество узнало сегодня хотя бы маленькую частицу этой великой истины, весь мир изменился бы, и вместо борьбы и ссор наступило бы царство мира. Те грубые побуждения, которые заставляют нас противодействовать всякому другому, исчезли бы навсегда из мира. Исчезли бы навеки соперничество, ненависть, зависть и зло. Тогда на земле стали бы жить боги, и земля стала бы небом. Какое зло могло бы быть на ней, когда боги играли бы с богами, боги работали бы с богами и боги одаряли бы любовью богов? Вот какая бесконечная польза была бы от этого божественного познания. Оно изменило бы и преобразило все, что мы видим в обществе. Вы не думали бы больше о человеке как о злом, и в этом был бы первый успех. Вы больше не насмехались бы над бедным мужчиной или женщиной, которые сделали ошибку. Добродетельная женщина не смотрела бы свысока и с презрением на ту, которая вынуждена идти на панель, так как и в ней она видела бы Самого Бога. Вы не думали бы больше о ревности и наказании. Все это исчезло бы, и любовь, великая идеальная любовь стала бы настолько могущественна, что не нужно было бы ни веревки, ни кнута, чтобы надлежащим образом направлять человечество в его развитии.
Если одна миллионная часть живущих в этом мире мужчин и женщин просто сядет и будет говорить себе: «Все вы – Бог; вы – люди, животные, все живые существа – все вы проявление одного живого Божества!» – то весь мир изменится за полчаса. Вместо того чтобы сеять повсюду ненависть и испускать потоки зависти и злых мыслей, люди всех стран думали бы: «Все это Он; Он все, что мы видим и чувствуем». Как можете вы видеть зло, если в вас самих нет зла? Как можете видеть вора, если его нет в глубине вашего собственного сердца? Как можете видеть разбойника, если сами не разбойник? Будьте добры, и зло для вас исчезнет. Вся Вселенная таким образом изменится. В этом польза общества; в этом цель всей человеческой организации.
Эти идеи были продуманы и разработаны философами Индии в древние времена. По разным причинам, вроде односторенности учителей и покорения страны иноземцами, они не могли распространиться, но они остаются великими истинами, и всегда, когда были осуществляемы человеком, этот человек становился божественным. Теперь наступает время, когда эти мысли распространятся по всему миру. Вместо того чтобы быть запертыми в монастырях и заключенными в философских книгах, доступных лишь образованным людям, вместо того чтобы быть исключительным достоянием сект и немногих ученых, идеи эти будут рассеяны по всему миру и станут собственностью святого и грешника, мужчин, женщин и детей, образованных и необразованных. Они проникнут в окружающую нас атмосферу, и самый воздух, которым мы дышим, будет говорить нам при каждом вдыхании: «Ты – Тот». И вся Вселенная, с ее мириадами солнц и лун, в один голос провозгласит: «Ты есть Тот!»
Данный текст является ознакомительным фрагментом.