НЕМНОГО О ПОЛЬЗЕ БОРЩА

НЕМНОГО О ПОЛЬЗЕ БОРЩА

Однажды дама, которая привозила ко мне на массаж шестилетнего сына, приехала в сильно взъерошенном эмоциональном состоянии. Ее звенящий, срывающийся голос и напряженные черты лица выдавали рвущиеся наружу чувства негодования и раздражения. Выяснилось, что эти чувства адресованы молодому парню, который снимал у Наташи (нашей героини) квартиру. Со временем квартира превратилась то ли в проходной двор, то ли в склад, — там толклись подозрительные личности, образовались нагромождения коробок и ящиков. Кипа неоплаченных телефонных квитанций за междугородние переговоры стремительно возрастала. С большим трудом Наташе удалось заставить Юру освободить квартиру. Помимо телефонных счетов, он остался ей должен приличную сумму денег.

— Нет, каков придурок! Мало того, что не рассчитался за квартиру, еще и наговорил по телефону чуть ли не со всем Советским Союзом! — восклицала Наталья, бурля от «справедливого гнева».

Я попытался объяснить, что если она будет относиться к Юре, как к «придурку», то на возврат денег вряд ли стоит рассчитывать. Юра появился в ее жизни из-за того, что Наташа проигнорировала все предыдущие сигналы, предупреждавшие, что с ней могут обойтись несправедливо — не выполнить обязательства, воспользоваться доверием. Я предложил отблагодарить возникшее препятствие, от которого уже не отвертеться, и которое говорит: «Если ты со мной не разберешься, то все подряд будут садиться тебе на шею, свешивать ножки и болтать ими». На это предложение разгоряченная Наташа отреагировала достаточно традиционно:

— Чтобы я этого засранца благодарила? Да ни за что! Он у меня все время перед глазами стоит, с оттопыренным мизинчиком, — аристократом прикидывался!

После моего рассказа об успехах симоронцев в работе с препятствиями Наташа утихомирилась и стала спокойно обсуждать сложившуюся ситуацию. Вернувшаяся способность логически мыслить помогла ей понять, что для выхода из тупика необходимо изменить отношение к препятствию. Наташа искренне поблагодарила Юру за то, что он предостерегает ее от более серьезных проблем. Например, от появления в Наташиной жизни людей, которые не только не будут платить по счетам, но и выселят ее из квартиры, и ей придется слоняться по чердакам и подвалам.

Мы имели дело с вихрем — квартирный вопрос тянулся давно. Применив переименование через трэк, Наташа увидела себя и Юру, сидящими рядом за обеденным столом, накрытым красивой скатертью. На столе, распространяя соблазнительный аромат, дымится тарелка с густым наваристым борщом. В бордовом бульоне плавают золотистые лужицы жира, огибая куски мяса, островки картошки, свеклы, капусты и прочих ингредиентов. Юра сидит за столом в белом кружевном нагрудничке, а Наташина рука с большой ложкой ныряет в тарелку, зачерпывает очередную порцию борща и ловко отправляет ее Юре в рот. Новое имя Наташи звучало так: «Я та, которая кормит Юру борщом». Она подтвердила точность найденного имени, признавшись, что в приготовлении борща достигла высочайшего мастерства.

Потом я порекомендовал Наташе повторять новое имя и представлять сцену угощения борщом в те моменты, когда она будет вспоминать о Юре или общаться с ним. Наташа ушла в приподнятом настроении и, что особенно важно, с новым пониманием происходящего. Она осознала, что Юра — не «засранец» и не «придурок», а экзаменатор, указывающий на ее собственные промахи и предлагающий ей скорректировать свои действия. Наташа была полна решимости сдать этот экзамен, что ей великолепно удалось.

Она появилась примерно через неделю и прямо с порога радостно сообщила, что Юра с ней полностью расплатился (к удивлению родственников и знакомых). Но самое любопытное, что Юра стал названивать Наташе по телефону, рассыпать комплименты, мило шутить и забавлять ее, и, наконец, делать недвусмысленные намеки. В общем, стал «подбивать клинья», чего ранее никогда не наблюдалось. Рассказывая об этом, Натали равнодушно пожимала плечами, ее лицо принимало пренебрежительное выражение, и она заявляла: «Все это меня, конечно, не интересует». Но на мой взгляд, это была маленькая женская хитрость, и, скорее всего, Наташа с удовольствием выслушивала Юрины «серенады». Тем более что в следующее мгновение ее лицо озарялось довольной улыбкой, и с губ слетало признание: «Похоже, борщом-то я его перекормила…».