ЗВУК

ЗВУК

В Калифорнии было шесть утра. Пересилив себя, я проснулась и собралась читать лекцию группе студентов из Беверли Хиллз. Мне они совершенно не понравились. Было такое ощущение, что они только и говорят друг другу: "Я неотразим, разве не видно? Куда тебе до меня!"

Или мне только показалось? Я взяла тетрадь и расположилась в удобном кресле в вестибюле гостиницы, чтобы попытаться разобраться в себе. Водя ручкой по бумаге, я наблюдала, как страх и негодование всплывают на поверхность.

"Еще слишком рано".

"Я хочу спать".

"Они строят из себя крутых".

"А я для них недостаточно крута".

И все такое прочее.

В соседней столовой ранние пташки беседовали между собой. Но мой ум прекрасно управлялся и в одиночестве: "Только посмотри на эти натянутые улыбки. Прислушайся к этим визгливым голосам. В них столько фальши и наигранности. Неужели нельзя говорить нормальным тоном? Обязательно постоянно лезть из кожи вон, чтобы всех поразить?"

Сказать, что я была настроена недоброжелательно, — это вообще ничего не сказать.

В вестибюль вошел высокий лысый мужчина — жизнерадостный и энергичный на вид.

"А это кто? — остановилась я на минутку. — Очень интересно…"

Оказалось, он и был очень интересным человеком. Всемирно известный композитор, флейтист-виртуоз, звукотерапевт Тим Уитер был приглашен развлекать публику. Я должна была учить, а он играть. Я была основным блюдом, он — десертом. Вместе мы составляли интеллектуальный завтрак.

Мне повезло, и нас посадили вместе. Я наклонилась к нему через столик и спросила:

— Вы не могли бы помочь мне… настроить студентов перед лекцией? Мне бы так хотелось, чтобы они меня услышали.

— Что ж, конечно, — удивился, но согласился Уитер.

Мы даже не представляли, что нарушали давно устоявшийся ритуал. Здесь все так привыкли, что сначала идет занятие, а уж потом развлечение, что ведущий не очень-то обрадовался нашему предложению. К счастью, он все же согласился.

— Мы же позволим им, правда? — обратился он к публике. — Тим и Джулия попросили… мы же не против?

И Уитер вышел на сцену.

Если вы никогда раньше не слышали тонирования, то должны знать, что это древняя духовная техника, которая помогает настроиться и сосредоточиться. Она исполняется вокально и создает гармонии, которые умиротворяют душу и успокаивают ум. Мой друг Тим говорит, что это как будто "слушать ветер в пещере". Это очень подходящее сравнение. Рот и есть та самая пещера, а дыхание и контроль, порождающие звук, и есть тот самый ветер.

Уитер поставил перед собой индийскую фисгармонию и приготовился тонировать. Держался он приветливо, но с достоинством.

— Доброе утро, друзья. Меня попросили тонировать для вас. Очевидно, некоторые из вас представляют, чем я занимаюсь…

Уитер как будто выстроил собор из звука, чтобы мне было, где вести занятие. На своей индийской фисгармонии он задал низкий тон и стал напевать. Звуки были очень сильные, как будто гипнотизировали и трогали до глубины души. Они состояли из глубокого основного тона и обертона[13] и сохраняли характерный оттенок тибетской и монгольской монастырской музыки.

"В тонировании нет никакой тайны. Его можно объяснить посредством как традиционной науки, физиологии и психологии, так и наиболее древних представлений об отношениях человека с Богом", — пишет звукотерапевт Лорел Элизабет Кайс. Тем не менее, тонирование звучит таинственно.

Через несколько секунд гул в зале перешел на шепот, а потом и вовсе затих. Уитер тонировал до тех пор, пока не почувствовал глубокий сдвиг в сознании присутствующих. Теперь комната была полна не светских людей, готовых к повседневному общению, а душ, готовых прикоснуться к вечному.

— Э… спасибо, Тим, — пробормотал ведущий.

— Спасибо, мистер Уитер, — повторила я. Мне предстояло вести занятие перед уравновешенной и восприимчивой аудиторией. Я и сама была спокойна и сосредоточена.

Все изменилось благодаря звуку.

"Звук минует разум и воздействует прямо на эмоции", — говорит звукотерапевт Джой Гарднер-Гордон.

"Музыка — наилучший способ подготовить душу к осознанию бесконечности", — писал суфийский мастер Хазрат Инайат Хан.

"Когда человек слышит музыку, он чувствует себя лучше, потому что эти звуки напоминают о его духовном доме", — учил мистик Рудольф Штайнер.

"Весь мир — это звук", — говорили древние мудрецы.

"Нада Брахма", — гласит индийская духовная традиция.

Йоахим Эрнст Берендт, джазовый критик и продюсер, объясняет эту фразу так: "Нада Брахма значит не только "Бог, Создатель — это звук", но и (прежде всего) "Мироздание, космос, мир — это звук". И еще: "Звук — это весь мир"".

Все это можно выразить и проще.

"Земля закладывает в нас музыку, и мы должны танцевать!" — писал Эдгар Ли Мастерс в книге "Антология Спун-Ривер".

Мы должны танцевать!

Мой друг Герард живет в центре Манхэттена, в самом сердце громкой какофонии. Он утверждает, что она услаждает ему слух, что он давно привык к такой вот городской колыбельной и что она расслабляет его, как звук воды. Когда я приезжаю к нему в гости, сирены проникают в мои сны. А по утрам меня будит барабанная дробь отбойных молотков.

— Как ты это терпишь? — иногда жалуюсь я.

— Я этим наслаждаюсь, — уверяет Герард. И говорит правду. Шум уличного движения кажется ему музыкой. А в полной тишине он чувствует себя не в своей тарелке.

Я живу на высоте более двух тысяч метров над уровнем моря, на горной гряде, где вой койотов — мои ночные сирены, а будит меня крик петухов. Здесь самый громкий звук — свист сильного ветра, за исключением оглушительного грохота огромных градин в зимнюю бурю. Мне нравится мягкий и глубокий, как биение сердца, голос жизни. Я слушаю пение птиц и журчание ручейка в саду. Возможно, именно поэтому я предпочитаю звуки барабана, духовых инструментов и погремушек.

Конечно, барабан и флейта — традиционные инструменты для шаманских "путешествий". Многие из нас, даже не зная об этом, выплескивали энергию, слушая рок-н-ролл, и погружались в себя вместе с григорианскими псалмами или каноном Пахельбеля.

Я слушала барабаны и флейту, чтобы изменить и расширить сознание задолго до того, как узнала, как это работает. Когда моему творческому самолюбию наносили удар, я исцеляла себя музыкой — хотя, конечно, не понимала этого. Я знала и понимала одно — когда на моем творческом пути возникают трудности, я буду проигрывать одно и то же музыкальное произведение снова и снова, пока не найду, как их разрешить — сначала в сознании, а потом и в жизни.

Тогда я просто окуналась в музыку с головой. Я слушала колыбельные, чтобы утешить своего творческого ребенка, пообещать ему безопасность и приключения, уговорить его снова выйти поиграть. На протяжении долгих лет ни я, ни те, кто был рядом со мной, не понимали, что происходило. Они видели и слышали женщину, помешанную на музыке.

— Мама! У меня от этой музыки уже голова кругом! — хныкала моя дочь. — Нам обязательно опять ее слушать? Может, что-нибудь со словами?

К сожалению, чаще всего слова для меня были исключены. Когда мне нужна была помощь, оказать ее могла только музыка, но не текст. Слова Хазрата Инайата Хана мне это объяснили: "…здоровье есть состояние совершенного ритма и тона. А что есть музыка? Музыка есть ритм и тон. Когда здоровье не в порядке, это значит, что музыка не в порядке".

Несмотря на то, что прошло пятнадцать лет, прежде чем я узнала об этом, я уже тогда практиковала древние формы звукотерапии. А спустя еще некоторое время я стала не только слушать целительную музыку, но и писать ее.

Не зря мы говорим "ритм сердца", ведь музыка — его родной язык. Мы говорим на нем в минуты печали и радости. Мы говорим на нем интуитивно и бессознательно. Многие из нас пользуются звуком, не задумываясь. Что мы делаем, когда ребенку не спится? Мы напеваем ему колыбельную.

"Каждый ребенок — это музыкальный инструмент", — настаивал Рудольф Штайнер, который основал Вальдорфскую школу, чтобы применить свои педагогические теории на практике.

Какой бы сложной ни была наша жизнь, нам все равно нужно видеть в себе творческого ребенка и быть такими же открытыми, как дети.

Как и эти дети, каждый из нас — не только инструмент, но и нота и даже песня. Когда мы раскрываем сердце и поем вместе, то создаем гармонию — в буквальном смысле. И если мы желаем исцелить напасти этого мира — которые всего лишь повторяют наши собственные, — музыка и есть лекарство, способное нам помочь.

Я представляю себе, как мы собираемся в широкие круги-хороводы, держим в руках мерцающие свечки и тонируем все вместе. (О тонировании мы еще поговорим.)

"Поднимайтесь вверх по гамме обертонов как по лестнице Иакова",[14] — советует Вилайат Инайат Хан.

Если тонирование вас пока пугает, можете начать с чего-нибудь попроще, вроде колыбельной или "Песни духа".

Композитор и звукотерапевт Шона Кэрол утверждает, что пение — это естественное лекарство. Она ведет курс под названием "Песня духа", где помогает людям справиться с эмоциональными и творческими блоками. "Песни духа" — это импровизированные песни из самого сердца, которые формируют не слова, а эмоции. Вы просто выбираете тему, над которой хотели бы поработать, и поете о ней без слов. (Это необыкновенно сильная техника.) Работая с Шоной, я начала петь о своей умершей матери, по которой скучаю, но которую никогда не оплакивала. Через несколько минут слезы свободно потекли из моих глаз. Эта боль жила во мне столько лет, но тогда я, наконец, соприкоснулась с ней и начала исцеление.

Как и запахи, звуки проникают в самое сердце, минуя интеллект. Однажды мы с моим первым мужем работали над документальным фильмом о музыке под названием "Последний вальс". Для нас это были далеко не лучшие времена. Мы были молоды, ветрены, ранимы и упрямы. Казалось, силы, неподвластные нам, старались нас развести. И все же я отлично помню, как мы сидели в одном из офисов киностудии после долгих, изнурительных съемок, во время которых несколько дней подряд слушали "Последний вальс" Робби Робертсона.

— Не припомню, когда еще я была так счастлива… — сказала я тогда. — Знаю, все так отвратительно, но все же есть в этом нечто прекрасное.

Прекрасной была музыка Робертсона. Ритм вальса придавал ей эффект покачивания, раскрывавшего сердце. Тогда я этого не понимала.

Музыка воздействует на раны, которые мы даже не можем описать словами. Она воздействует на те сферы, в которых остальные средства бессильны. Каждый из нас способен не только творить, но и исцелять. Мы снова и снова делаем это, хотя почти никогда не замечаем. Более того, многие из нас интуитивно тянулись к музыке за исцелением, хотя и не понимали этого.

"Внимательно прислушиваться — значит пробудить в себе музыканта", — уверяет звукотерапевт Дон Кэмпбелл. Я находила этому подтверждение и в своей жизни.

Когда моя мама Дороти Кэролайн чувствовала, что не справляется с нахлынувшими эмоциями, она садилась за фортепиано и играла вальс Штрауса "Голубой Дунай", пока ее настроение не становилось столь же безмятежным, как музыка.

А одна моя подруга, вечно занятый адвокат, едва переступив порог своей модной квартиры в небоскребе, немедленно включает музыку. Нажатие одной кнопки переносит ее в Рио-де-Жанейро, где обитает ее второе "я". И уже через пять минут она гораздо больше похожа на латиноамериканскую танцовщицу с карнавала, чем на женщину в строгом костюме, произносящую: "Ваша честь, касательно данного ходатайства…"

Приходилось ли вам наблюдать, как знакомый человек залечивает раны, преодолевает депрессию, избавляется от вредных привычек и сбрасывает лишний вес? Недавно моя близкая подруга пережила тяжелый развод и быстро вернулась в форму, благодаря танцам шесть раз в неделю.

— На это же надо столько сил! — сказала я, а про себя подумала: "У нее что, навязчивая идея?"

— Гм, наверное. Но это так весело, — ответила она. — Я так люблю музыку!

В полной уверенности, что потом буду вспоминать об этом как о "маниакальном периоде", я решила подождать, пока она успокоится. Но этого не произошло. Вместо этого она развеселилась. Несмотря на мою критику и сомнения, она все-таки занялась танцами. И через несколько месяцев даже мне пришлось признать, что это была отличная идея. По телефону она радостным голосом рассказывала о новых планах. Конечно, благодаря танцам ее физическая форма тоже была на высоте, и я все чаще слышала, как она напевает себе под нос. Так что роль сыграли не только упражнения для тела, но и музыка.

Через три месяца после начала своего танцевального марафона подруга купила себе синтезатор "Касио" — "просто повалять дурака". Через четыре начала кое-что сочинять "так, для себя". А через пять она уже каждый день проводила за клавишами некоторое время. Вернувшись с работы, она садилась за синтезатор, чтобы расслабиться и позволить рукам порезвиться, а затем шла на занятие по танцам. Стоит ли упоминать, что ее новый возлюбленный — тоже танцор?

Моя подруга исцелила сердце, делая то, что ей по душе. "Чем бы мне хотелось заняться?" — спрашивала она себя, а не: "Что мне надо делать?" Звук лечит, если его применять осознанно, пользоваться им, чтобы восстановить душу и тело, пораженные негативной энергией, которая вначале проявляет себя как отсутствие гармонии, а потом и как недомогание.

Пусть все мы называем это по-разному, каждому приходилось сталкиваться с позитивной и негативной энергией.

"Что его гложет?" — спрашиваем мы о коллеге, который явно не в духе.

"Я не помешал? Наверное, сейчас не самое подходящее время?" — сомневаемся мы, заглядывая в комнату, где воздух сгустился от напряжения.

Наши тела безошибочно различают негативную и позитивную энергию. Различная интонация может успокоить нас, а может вывести из себя. Наш собственный голос может исцелить и нас, и других людей. Позвольте мне поделиться ярким примером.

Дело было в девять вечера, через несколько дней после того, как я впервые попросила Уитера помочь мне вести занятие. Тогда мне сообщили о предстоящей работе со звукотерапией, но мне мало было известно о ней. Я собиралась узнать о ней больше, но не ожидала, что так скоро испытаю ее на себе.

Мы с Уитером встретились за ужином, долго говорили о работе, а после зашли в магазин в калифорнийском городке Венис — купить воды и продолжить разговор. На выходе с нами заговорил молодой и обаятельный, но очень пьяный нищий. Что-то меня в нем зацепило. Я потянула Уитера за рукав. Мы стали смотреть.

Спиртное в желудке, песни в голове и печаль в сердце — очень сильное сочетание. Молодой выпивоха вдруг вывел трель и немедленно завладел нашим вниманием и сочувствием.

"Сыпьте звонкие монеты, буду петь я вам куплеты, — завел он. — Вечер добрый, хлеб да соль — до-ре-ми-фа-соль!"

Его рифмы были легки и незамысловаты, но глаза его были пусты — как будто души в этом зеркале уже не было.

"Столько таланта — и все впустую", — подумала я, вспоминая, как и сама в молодости не могла отказаться от рюмки. Так и хотелось сказать ему: "Бросай эту дрянь, пока она не убила и тебя, и твои творческие начинания". Но все равно он бы меня не послушал. Слова иногда звучат чересчур высокомерно, они разделяют нас, когда мы желаем обратного.

Очевидно, я почувствовала родственную душу творческого человека. Но если рассказать свою историю я не могла, что можно было предложить взамен? Как заговорить с ним на одном языке?

Вот тогда-то я снова удивила Уитера просьбой о помощи.

— Ты не мог бы тонировать для него? — взмолилась я. — Ну пожалуйста!

Остававшийся любезным даже под давлением, он наверняка понимал, что я не сдвинусь с места, пока он не выполнит просьбу. Уитер тихонько подошел к молодому человеку и спросил:

— Можно вам кое-что показать?

Тот удивленно кивнул.

Тогда Уитер положил руку ему на плечо, наклонил голову к его уху и начал тонировать.

Все это продолжалось несколько минут. Я наблюдала со стороны и видела, как пьяный бродяга менялся в лице. Его глаза прояснились, словно душа возвратилась в тело. Когда Уитер закончил, во взгляде юноши все еще было страдание, но он как будто сосредоточился и пришел в себя.

— Спасибо, приятель. Я тоже тебя люблю, — теперь бродяга говорил отчетливо. — Ты ведь это хотел сказать?

Теперь уже Уитер утвердительно кивнул. Используя звук как мост, он встретился с попутчиком в мире, где души узнают и принимают друг друга. Это было дороже денег. Со стороны он был похож на волшебника Мерлина, владеющего магией звука.

— Несомненно, нам всем не мешает научиться исцелять звуком, — сказала я, когда мы сели в машину и выехали на дорогу.

Уитер спокойно заметил:

— Мы и так уже умеем.

Я надеюсь, что, работая со звуком осознанно, вы познаете и исцелите себя. Следующие задания помогут вам в этом.

ЗАДАНИЯ

1. Спойте "Песню духа". Выберите тему, с которой у вас связаны сильные, но подавленные эмоции. Выделите минутку, чтобы настроиться и подготовиться — подышите глубоко и спокойно, — а затем позвольте себе воспроизвести любые звуки, которые напоминают вам о ваших эмоциях. (Слова оставьте на потом.) Продолжайте, пока не почувствуете облегчение. Это может занять несколько минут, а может и полчаса. Окончив петь, снова выделите пару минут, чтобы прийти в себя и успокоиться.

2. Колыбельная. Каждый день в течение пяти минут, когда больше никто не слышит, напевайте себе колыбельную, можно даже не раскрывая рта. Можете вспомнить, что вам пели в детстве, можете найти или сочинить новую. А через несколько дней — или даже скорее — сядьте и напишите свою "официальную" колыбельную. Когда-то я придумала вот такую:

Доверься сердцу своему,

Оно укажет верный путь.

Доверься сердцу своему,

Оно не даст с пути свернуть,

Доверься сердцу своему,

Оно укажет путь домой…

А позже эта колыбельная немного изменилась

Поверь в свою песню —

В ней добрые вести

Поверь в свою песню —

С ней жить интересней

Поверь в свою песню

И следуй за ней.

Сочиняя колыбельную, не стоит себя ограничивать. Возможно, вы услышите собственную музыку или позаимствуете чужую. Главное, чтобы музыка эта была вам по душе расслабляла и умиротворяла. Будь то джазовый хит, мелодия из кинофильма или детская песенка — главное, чтобы она вас вдохновляла. Некоторые поют в душе. Другие — лежа на полу или в ванной. Кому-то нравится петь во время ходьбы, бега или за рулем. Сейчас я предпочитаю напевать один и тот же слог, когда иду гулять. Но мои нужды меняются, и я сама тоже, поэтому в разное время я пою по-разному Попробуйте и сами решите что подходит именно вам. Помните, вовсе не нужно петь хорошо — надо просто петь.

"До, ре, ми, фа, соль, ля, си, до", — простая, но удивительно сильная колыбельная. Алфавит тоже подходит. ("А-б-в-г-д-е-ё, вместе песенку споем…") Многие студенты поют различные мантры, например, буддийскую "Ом-мани-падме-хум" Далеко не в каждом языке есть мантры, но ничто не мешает нам их придумать:

Твоя воля — моя доля

Сердце раскрою — счастье устрою

Боль утоли — радость пошли

Такие слова, как "сердце" и "дом", если повторять их много раз подряд, расслабляют и умиротворяют Оба эти слова раскрывают сердце — их вибрации даже можно ощутить в грудной клетке, если произнести их низким голосом Мне так и хочется слышать "Ом" в слове "дом"

3. Звуковое купание. Все мы знаем, как освежает душ после насыщенного тяжелого дня в офисе. А вот о том, что мыться можно не только водой, но и звуком — известно далеко не всем. Совершать звуковые омовения можно двумя способами — внешним и внутренним

Сначала давайте поговорим о внешнем. Представьте себе, что вернулись домой после напряженного рабочего дня, поссорились с другом или супругой, никак не придете в себя после отъезда надоевших гостей — звук поможет избавиться от эмоциональной грязи и вам, и вашему окружению. Как и в случае с музыкой для расслабления, музыка для омовения у всех разная. Некоторым помогает шум прибоя. Они включают альбом со звуками природы и позволяют монотонному шелесту волн очистить помещение и сознание. Другим хочется чего-то более ритмичного. (Вы когда-нибудь замечали, как подростки "врубают" тяжелые басы на полную громкость, потому что их "раздражают" взрослые?)

Возможно, у вас другие музыкальные вкусы и тяжелый металл вам не по душе, однако вам вполне могут понравиться энергичные и ритмичные ударные инструменты. Не удивляйтесь, если вам даже захочется выплеснуть гнев с помощью танца. Такой очищающий ритуал может оказаться гораздо веселее и полезнее, чем попытки уснуть, когда на душе кошки скребут, а от напряжения сводит желудок.

Пусть обнаружившиеся в вас новые музыкальные предпочтения вас не пугают. Кто-то слушает "Мессию" Генделя. Кому-то нравится босанова. А кто-то предпочитает фолк-рок. Главное — на забывать, что единицы звука не зря называются волнами и что эти волны способны смыть наши страхи и тревоги. Пользуясь звуком осознанно, мы постепенно вооружаемся портативными инструментами на все случаи жизни. А чтобы применить метод внутренней звуковой чистки, о котором мы поговорим дальше, не нужно вообще ничего иметь при себе — для него потребуетесь только вы.

И снова наша задача — избавиться от гнева и беспокойства. На этот раз вам предстоит самим издавать звуки "для очищения". Начинайте с чего хотите — например, можно негромко рычать, когда злитесь на человека, вторгшегося в ваше личное пространство. Или выть от боли. Угрожающе шипеть. Выберите звук, который помогает очиститься именно вам, будь то свист, рык, чавканье, топот или вой. Можете использовать хоть все сразу. Не забывайте и о языке тела.

А теперь попробуйте более спокойные звуки — мурлыкайте, хмыкайте, пыхтите. Вспомните, как убаюкивают ребенка, и испробуйте эту технику на себе.

4. Соберите песенный круг. Многие из нас с радостью вспоминают, как пели песенки в детском саду. Некоторые даже занимались в хоре. Тем не менее взрослые редко собираются вместе, чтобы петь. Нам кажется, что наш голос недостаточно хорош для такой затеи, хотя, когда мы все-таки решаемся спеть, нам это нравится. Чтобы доставлять себе такое удовольствие почаще, можно собрать песенный круг.

В таком кругу люди собираются вместе и поют или тонируют. Они работают коллективно, чтобы поднять друг другу настроение — или, если хотите, частоту вибраций. Проще всего не отвлекаться на песни, а относиться к группе как к музыкальному инструменту, который способен издавать простые, чистые и сильные звуки. Это и называется тонированием. Это древняя техника, и учиться ей надо на практике.

Мистические учения говорят нам, что каждый гласный звук соответствует определенному центру в теле, способен воздействовать на него и раскрывать его. Этот процесс и есть тонирование, потому что он в прямом смысле повышает наш тонус.

Тонирование является искусством и практикой, которую можно совершенствовать непрерывно, а научиться этому духовному методу можно легко, быстро и без лишней чепухи. Как правило, голос рождается из сердца. Если хотите научиться петь, настройте сердце на любовь и добро, и голос также настроится и раскроется.

Работа с гласными развивает и тело, и музыкальный слух. Поначалу мы обычно слышим один основной звук. Затем начинаем различать и призвуки, обертоны. А со временем учимся производить их намеренно и отчетливо. Этот процесс называется "обертонирование".

Не люблю, когда вокруг всего этого напускают туману — в этом нет никакой нужды, так что перейдем прямо к делу. Группа может просто начать петь с до первой октавы и подниматься вверх к соль.

"А, Э, И, О, У" (вверх).

После нескольких минут пения гласных повторите последовательность, но с закрытым ртом. Вы немедленно почувствуете вибрацию. Рот становится "звуковой пещерой", резонирующим передвижным священным храмом.

Двигая языком взад-вперед, вверх-вниз, приоткрывая рот, мы способны менять звучание. Если проецировать его в носовые полости, оно будет похоже на гудение. Если скруглить губы, как будто для поцелуя, звук будет похож на песни китов. Когда мы поем с закрытым ртом, то ощущаем вибрацию в грудной клетке, где находится сердце, но это не единственная часть тела, на которую влияет звук.

Занятия с этими техниками очень быстро раскрывают тело. Энергетические центры — "чакры", что в переводе с санскрита значит "круги" — начинают работать яснее и гармоничнее. Важно помнить, что каждый из этих центров отвечает за различные функции, а каждый гласный звук стимулирует эти центры. Поэтому необходимо уделять внимание в равной мере каждому из центров, а не останавливаться только на одном. Также очень важно заканчивать занятия в круге мягким и безопасным приземлением. Меня для этой цели вполне устраивает песенка про алфавит.

Да-да, та самая, которую вы учили в детском саду. Нам она отлично подходит по двум причинам: во-первых, в ней есть все те гласные звуки, с которыми мы работали, а во-вторых, ее мелодия нам так знакома, что помогает расслабиться. Некоторые группы в качестве безопасного приземления несколько раз подряд пропевают слово "аминь". Главное — понять, что подходит именно вам. Многие, кстати, предпочитают трижды пропеть "Ом".

5. Тропы песен. Мой брат и некоторые близкие друзья — композиторы. Несколько лет назад я осознала, что моя привычка писать утренние страницы и их привычка писать музыку — фактически одно и то же: два разных способа оставлять следы сознания.

Когда мы пишем текст, ряд последовательных выборов ведет нас от одного слова к другому. То же самое происходит с нотами, когда мы пишем музыку. "Слова" и "ноты" — как будто путевые заметки на тропе наших мыслей, которую мы называем песней, книгой или письмом.

Помочь нам проложить новую тропу сознания могут ноги. Для этого необходимо двигаться со средней между ходьбой и бегом скоростью — как будто скользить. И на каждый шаг ритмично произносить вслух, куда идете и где хотите оказаться:

О сила и мудрость, придите,

Поддержку с собой принесите.

Такое ритмичное скольжение часто превращает отдельные высказывания в песню. А когда я пишу музыку, такие долгие скользящие прогулки помогают "поймать" мелодию и слова. Эта уловка так эффективна, что иногда я беру с собой на пробежку диктофон. Звукотерапевт Дон Кэмпбелл объясняет этот феномен следующим образом:

Сила музыки заключается в ритмах физического тела. Ходьба, бег, дыхание, неустанное биение пульса формируют глубинный ритм, на котором основан мир звуков… Когда движение повторяется много раз, рождается мелодия, слова или любая другая тональная деятельность.

Вот уж не могу не согласиться! Спонтанное или намеренное пение такого рода может принести огромную пользу. Это самая сильная разновидность молитвы из знакомых мне; самый быстрый и простой способ увидеть множество новых возможностей; самый прямой путь в Образоляндию, где наши желания, намерения и старания воплощаются в жизнь.

Сочетание пения и движения действует очень эффективно. Шагая по земле, мы оставляем на ней заметки, которые привлекают в наш разум новые мысли. И пение, и движение расширяют сознание и создают подъемную силу. Поэтому желания и молитвы, произнесенные во время ходьбы, сбываются с гораздо большей вероятностью. Звукотерапевт Джонатан Голдман вывел формулу:

Визуализация + Вокализация = Манифестация

Мой опыт только подтверждает эту формулу, но с небольшой поправкой:

Визуализация + Вокализация + Движение = Манифестация

Данный текст является ознакомительным фрагментом.