Глава XIX. Природа Сверхразума

Глава XIX. Природа Сверхразума

Цель йоги – поднять человеческое существо из обычного ментального сознания, подчиненного власти витальной и материальной Природы и жестко ограниченного рождением, смертью и Временем, а также потребностями и желаниями ума, жизни и тела, к духовному сознанию, которое, само по себе, свободно и использует возможности ума, жизни и тела как средства выражения духа, добровольно принятые или избранные и сформированные им, и которое действует в условиях их ограничений, обладая неограниченным знанием себя, неограниченной волей и силой бытия и неограниченным восторгом бытия. В этом главное различие между обычным смертным умом, в котором мы живем, и духовным сознанием нашего божественного и бессмертного бытия, которого мы достигаем благодаря йоге. Это радикальное преображение столь же или, как мы полагаем, даже еще более велико, чем то, которое совершила эволюционирующая Природа, перейдя от витального и животного к полностью ментализированному человеческому сознанию. Животное обладает сознательным витальным умом, но какие бы ни имелись у него зачатки чего-то более великого, это всего лишь еле заметный проблеск, смутный намек на сознание, становящееся в человеке высшим образцом ментального понимания, намерения, чувства, эстетического ощущения и разумности. Человек, достигая высот своего ума и, с помощью его концентрации, углубляясь в себя, начинает осознавать нечто великое и божественное в себе – то, на что указывают все его ментальные способности, нечто, чем он потенциально является, но еще не стал, и он с помощью сил своего ума, силы своего знания, силы своей воли, силы своих чувств и ощущений пытается найти это, понять и постичь все возможные аспекты этого, стать этим и жить в этом более великом сознании, восторге, бытии и энергии высочайшего становления. Однако все представления об этом более высоком состоянии, улавливаемые его обычным умом, только слабые намеки, смутные проблески, неясные указания на великолепие, свет, славу и божественность духа, пребывающего внутри него. Только радикально изменив все части своего существа и преобразовав их в формы и орудия духовного сознания, он сможет сделать достаточно реальным, постоянным, явным для себя это более великое нечто (которым он в состоянии стать), а также интегрально пребывать в том, что сейчас для него является, в лучшем случае, светлой мечтой. Практикуя интегральную Йогу, он должен стремиться развить и полностью проявить в себе более великое божественное сознание.

Йога совершенствования, необходимая для осуществления этого изменения (в тех пределах, в которых мы ее рассмотрели), состояла из следующих элементов: предварительное очищение ментальной, витальной и физической природы, освобождение от пут низшей Пракрити, последовательная замена эгоистического состояния, неизменно подчиненного невежественной и беспокойной деятельности души желания, широкой, светлой, статической уравновешенностью, умиротворяющей рассудок, эмоциональный ум, витальный ум и физическую природу и наполняющей нас покоем и свободой духа, а также динамическая замена работы низшей Пракрити деятельностью верховной и универсальной божественной Шакти, управляемой Ишварой, – но для того чтобы эта деятельность могла осуществляться свободно и беспрепятственно, необходимо развитие природных инструментов до состояния совершенства. Все эти элементы вместе составляют хотя и не всю йогу, но все же намного более великое, по сравнению с нашим обычным человеческим, сознание – духовное в своей основе и направляемое более великим светом, силой и блаженством, – и мы с легкостью можем остановиться на этом, удовлетворившись столь выдающимся достижением и решив, что все необходимое для божественного преображения уже сделано

Впрочем, по мере возрастания в нас света все чаще и чаще будет возникать один очень важный вопрос – через какого посредника божественная Шакти будет действовать в человеческом существе? Всегда ли она будет действовать только через ум и только на ментальном плане или же найдет некоего более великого супраментального посредника, который более подходит для божественной деятельности и способен взять на себя и заменить ментальные функции? Если ум всегда должен оставаться главным инструментом, то, несмотря на то, что мы будем осознавать, что божественная Сила порождает и направляет все наши внутренние и внешние действия, ей придется выражать свое знание, волю, Ананду и остальные энергии в ментальной форме, а это означает, что они будут переведены на более низкий уровень функционирования, который существенно отличается от высшего способа деятельности, свойственного божественному сознанию и его Шакти. Одухотворенный, очищенный, освобожденный, достигший совершенства в пределах своих собственных границ, ум может с максимально доступной для себя точностью передавать в ментальной форме то, что приходит к нему свыше, но в конце концов мы обнаружим, что его точность относительна, а совершенство небезупречно. Ум, по самой своей природе, не способен передавать абсолютно точно божественное знание, волю и Ананду или действовать в полноте их неразрывного единства, поскольку он является инструментом, предназначенным для работы с фрагментами конечного на основании их разделенности, – то есть вспомогательным инструментом и своеобразным представителем, созданным для деятельности в условиях низшей природы, в которой мы живем. Ум может отражать Бесконечное, может раствориться в нем, может жить в нем, придя в состояние безграничного покоя, он может улавливать послания Бесконечного и по-своему претворять их в жизнь, правда, всегда фрагментарно, относительно, с большими или меньшими искажениями. Но он не может быть непосредственным и совершенным инструментом бесконечного Духа, действующего в соответствии со своим собственным знанием. Божественные Воля и Мудрость, упорядочивающие деятельность бесконечного сознания и определяющие место и состояние каждой вещи в соответствии с истиной духа и законом его проявления, не ментальны, а супраментальны, и даже в своих формах, наиболее близких к уму, они по своему свету и силе настолько же превосходят ментальное сознание, насколько ментальное сознание человека превосходит витальный ум животного. Вопрос заключается в том, насколько высоко над умом сможет подняться совершенное человеческое существо, сумеет ли оно войти в своеобразное тесное единение с супраментальным сознанием и создать в себе уровень сверхразума, развитый гнозис, используя форму и силу которого, божественная Шакти сможет действовать не посредством ментальной передачи, а непосредственно, сохраняя свою изначальную супраментальную природу.

Поскольку рассматриваемый нами вопрос далек от привычных ментальных представлений и ощущений, нам прежде всего необходимо четко определить, что такое универсальный гнозис или божественный сверхразум, как он представлен в текущем развертывании вселенной и как связан с нынешней психологией человека. Тогда нам станет ясно, что, хотя сверхразум и супрарационален для нашего ума, а его деятельность недоступна нашему пониманию, в нем нет ничего иррационально-мистического, что его существование и возникновение, скорее, является логической необходимостью природы вещей, при условии, конечно, что мы будем считать фундаментальной вездесущей реальностью не только материю или ум, но и дух. Все сущее есть проявление бесконечного духа из своего собственного бытия, своего собственного сознания, с помощью самосознающей, самодетерминирующей, самореализующей силы этого сознания. Можно сказать, что Бесконечный с помощью силы своего спонтанного знания определяет закон проявления своего бытия во вселенной, и не только в материальной вселенной, доступной нашему восприятию, но в любой другой, находящейся за ее пределами, на каком угодно плане существования. Он все организует и упорядочивает, не находясь под каким-то бессознательным принуждением и не руководствуясь ментальными фантазиями или причудами, а пребывая в своей бесконечной духовной свободе и руководствуясь внутренней истиной своего существа, своими бесконечными возможностями и своим намерением самосозидать исходя из этих возможностей. В результате закон этой внутренней истины становится необходимостью, вынуждающей каждую сотворенную вещь действовать и развиваться согласно своей собственной природе. Интеллект – назовем его так условно – Логос, который таким образом организует свое собственное проявление, вне всякого сомнения, должен быть бесконечно более велик по своим масштабам, более обширен в своих знаниях, непреодолим в своей силе, способен испытывать неизмеримо больший восторг, как покоясь в неподвижности своего самосущего бытия, так и активно действуя и работая, чем человеческий интеллект, являющийся высочайшим из достигнутых нами уровнем и выражением сознания. Именно этот, по сути, бесконечный интеллект, который в своем самосозидании и труде проявляет свободную самоорганизацию и спонтанную естественность и гармоничность, мы, в рамках обсуждаемой темы, можем назвать «сверхразумом» или «гнозисом».

Фундаментальным качеством этого сверхразума является то, что он изначально познаёт всё через отождествление и единство, и, даже проводя внутри себя бессчетное количество видимых границ и создавая бесконечное многообразие форм, всё знание, используемое им в своей работе даже в этих отдельных формах, основывается на его совершенном познании через отождествление и единство и поддерживается, озаряется и направляется им. Дух пребывает повсюду, и он познаёт всё как себя и в себе. Он всегда воспринимает все вещи именно так и поэтому знает их глубоко, полностью, знает их внешний облик и внутреннюю суть, их истину, их закон, а также дух, смысл и образ их природы и их действий. Сверхразум, в отличие от ума – которому поначалу ничего не известно о его объекте познания и который, чтобы познать его, должен его изучать (поскольку он отделен от объекта и воспринимает, ощущает и оценивает его как что-то отличное от себя и находящееся вовне), – даже когда смотрит на что-то как на объект, воспринимает его не как внешнюю и отличную от себя вещь, о природе, строении и функционировании которой он поначалу ничего не знает и должен об этом узнавать, а как часть себя и в себе. Наше ментальное осознание своего субъективного существования и его процессов совсем непохоже на это супраментальное самопознание и отождествление (хотя и может дать нам некоторое представление о нем), ибо ум видит только ментальные отражения нашего существа, не воспринимая его как целое или его глубинную суть; мы осознаём лишь частичную, вторичную и поверхностную деятельность нашего «я», в то время как наиболее обширная его часть, та, которая оказывает скрытое влияние и определяет наше существование, остается недоступной нашему уму. Супраментальный Дух, в отличие от ментального существа, по-настоящему знает себя, всю свою вселенную и все, что он сотворил и проявил из себя во вселенной, и это знание подлинно, потому что оно тотально, целостно и глубинно.

Эта подлинность знания, в силу его тотальности, является второй характерной чертой верховного Сверхразума. Ибо он, во-первых, обладает трансцендентным видением и воспринимает вселенную не только в плане универсального существования, но и в ее отношениях с высшей и вечной реальностью, из которой она берет начало и выражением которой она является. Он знает дух, истину и подлинный смысл этого вселенского выражения, потому что ему известна вся суть, вся бесконечная реальность и вся неизменная потенциальная мощь того, что вселенная выражает лишь частично. Его знание относительного верно потому, что он знает Абсолютное и все те его абсолюты, на которые опираются и которые частично, смутно или несовершенно выражают все относительные феномены. Во-вторых, он обладает вселенским видением и воспринимает любой индивидуальный феномен как с точки зрения универсального, так и с точки зрения индивидуального существования, в полной мере понимая связь всех этих индивидуальных форм существования с универсальным целым. В-третьих, рассматривая объекты порознь, он обладает тотальным видением, так как он знает сокровенную суть каждой вещи, дающую начало всем остальным ее аспектам, знает каждую вещь в ее целостности – весь ее внешний облик, все ее части и их соотношение и взаимозависимость, а также как она связана с другими вещами, в чем она зависит от них и каково ее место во всеобщей системе причинно-следственных связей вселенной.

Ум в такого рода видении и познании, напротив, ограничен и ущербен. Он не может достичь единства с Абсолютом, даже когда, благодаря интеллектуальной гибкости и широте, он получает о нем определенное представление. Он в состоянии лишь исчезнуть в нем, погрузившись в забытье или придя к полному угасанию; он может иметь только смутное ощущение или восприятие некоторых абсолютных ценностей или качеств, которые он облекает в относительные формы с помощью ментальных понятий. Он не способен постичь универсальное и лишь составляет о нем некое представление, расширяя индивидуальное или комбинируя и объединяя, на внешний взгляд, отдельные объекты и явления. В результате он видит универсальное как некую неопределенную бесконечность или смутную или не совсем понятную необъятность или же представляет его только в виде какого-то внешнего схематического или искусственно сконструированного образа. Неделимые бытие и деятельность – подлинная истина универсального – ускользают от ума, поскольку в стремлении познать их он мыслит аналитически, принимая каждый избранный им фрагмент за нечто целое, и синтетически – комбинируя и объединяя эти фрагменты, но он не в состоянии постичь или мыслить с позиции сущностного единства, хотя и может составить о нем некоторое представление или увидеть какие-то его вторичные проявления. И даже отдельный и на первый взгляд самостоятельный объект он не в состоянии по-настоящему и полностью понять, потому что прибегает к тому же методу – сначала подвергает анализу его отдельные части, составляющие его элементы, его свойства, а затем комбинирует их, получая схематическое отображение изучаемого объекта, являющееся лишь его внешним образом. Он может уловить некий отблеск глубочайшей сущностной истины познаваемого объекта, но не в состоянии постоянно и просветленно жить в этом сущностном знании и воздействовать на все остальное изнутри, воспринимая внешние аспекты в их сокровенной реальности и истинной значимости – как неизбежный результат, выражение, образ и действие некоего духовного начала, являющегося подлинной сутью данного объекта. И все эти действия, недоступные для ума (которые он может только намереваться или пытаться осуществить), просты и естественны для супраментального знания.

Различие, помогающее нам реально понять, чем супраментальное знание отличается от ментального, лежит в основе третьей особенности сверхразума, заключающейся в том, что он непосредственно осознаёт истину, является божественной силой, которой присуща способность мгновенно и спонтанно познавать, Идеей, лучезарно прозревающей все реалии и не зависящей, подобно уму, являющемуся силой Неведения, от внешних признаков и логических или других шагов, ведущих от известного к неизвестному. Сверхразум хранит все свое знание в себе, а на уровне своей высочайшей божественной мудрости вечно владеет всей истиной, и даже на уровне своих низших, ограниченных или индивидуализированных форм ему достаточно просто явить скрыто пребывающую в нем истину, – именно это имели в виду древние провидцы, говоря, что по своей подлинной природе и характеру любое знание есть лишь вспоминание того, что уже скрыто присутствует внутри. Сверхразум вечно и на всех уровнях осознаёт истину и скрыто пребывает даже в ментальном и материальном бытии, он видит и знает даже самые мрачные феномены ментального неведения, понимает, поддерживает и направляет его процессы, поскольку всё, что есть в уме, берет свое начало в сверхразуме, – и так и должно быть, поскольку всё берет свое начало в духе. Все ментальные понятия и представления являются лишь частичными, видоизмененными, скрытыми или смутными образами супраментальной истины, искажениями или вторичными и несовершенными формами более великого супраментального знания. Ум начинает с неведенья и движется к знанию. В материальной вселенной ум, как нечто реально существующее, возникает из изначального и универсального бессознательного, которое, на самом деле, является результатом инволюционного погружения всесознающего духа в поток своей собственной силы и забвения им себя; поэтому появление ума – один из этапов эволюционного процесса, включающего развитие витального ощущения, возникающего в ответ на внешние раздражители, появление витального ума, способного чувствовать, из которого последовательно развиваются ум эмоций и желаний, сознательная воля и растущий интеллект. При этом каждая стадия становится все большим проявлением скрыто присутствующей силы сверхразума, или тайного духа.

Человеческий ум, способный размышлять и целенаправленно исследовать и познавать себя, свои основы и свое окружение, приходит к истине, но проявляющейся на фоне изначального неведения, и эта истина постоянно затемняется окутывающим ее туманом неопределенности и заблуждения. Этот ум ни в чем не может быть уверен до конца, а его убеждения по большей части ненадежны или же только частично подтверждены несовершенным и неполным опытом. Ум делает открытие за открытием, усваивает одну идею за другой, добавляет опыт к опыту и эксперимент к эксперименту, но, по мере своего движения вперед, он многое теряет, отбрасывает и забывает и вынужден все это восстанавливать. Он пытается связать в одно целое все, что знает, используя логические или иные связи, устанавливая ряд принципов и их последствий, их обобщений и их применение, и делает из всего этого некую конструкцию, в которой он может ментально существовать, двигаться, действовать, наслаждаться и работать. Это ментальное знание всегда ограничено в своем охвате, более того, в дополнение к имеющимся, ум воздвигает новые барьеры, приемля (с помощью такого ментального приема, как формирование взглядов) определенные части и стороны истины и исключая все остальные, поскольку, если бы он предоставил свободный доступ и свободное поле действия всем идеям, если бы он должен был принять бесконечное число граней истины, он потерялся бы в непримиримом многообразии, в неопределенной беспредельности и был бы неспособен действовать, достигать практических результатов и эффективно созидать. И даже когда ментальное знание максимально широко и полно, оно, тем не менее, опосредованно – это знание не вещи как таковой, а только ее форм и образов, это система понятий и символов, схематическое отображение объекта, – за исключением тех случаев, когда ум в действительности выходит за свои пределы, поднимается над ментальными представлениями и достигает духовной тождественности [с познаваемым объектом]; но здесь он находит для себя чрезвычайно трудным идти дальше этих нескольких единичных и интенсивных духовных реализаций или осмысливать, осуществлять или претворять в жизнь то, что он познал в эти редкие минуты отождествления. Для духовного понимания и практического использования этого глубочайшего знания необходима более великая сила, чем разум.

Только сверхразум, тесно связанный с Бесконечным, способен на это. Сверхразум непосредственно воспринимает дух и внутреннюю сущность, фасад и внешнюю форму, результат и действие, принципы и производные истины, видя ее как одно неделимое целое, и поэтому он, обладая сущностным знанием, может понять, какие именно будут последствия, узреть многообразие проявлений духа в свете его тождественностей, увидеть за его кажущимися различиями истину его единства. Сверхразум знает свою собственную истину и является ее творцом, человеческий же ум познаёт и творит в полусвете и в полутьме истины и заблуждения, не являясь при этом действительным творцом, так как все его творения – это искаженные, упрощенные, уменьшенные и заимствованные копии чего-то более высокого и великого. Человек, живя в ментальном сознании, пребывает между обширным подсознательным, кажущимся ему темным несознанием, и еще более обширным сверхсознательным, которое он склонен принимать за другое, сияющее несознание, так как его представления о сознании ограничены рамками его собственного ментального восприятия и понимания. Именно в этом сверкающем сверхсознании находятся иерархии сверхразума и духа.

К тому же сверхразум, поскольку параллельно с познанием он еще действует и творит, является не только сознанием, непосредственно постигающим истину, но и озаренной, непосредственной и спонтанной истинной волей. Когда спонтанно познающий дух изъявляет намерение, между его волей и его знанием нет и не может быть никаких противоречий, расхождений или несоответствий. Духовная воля является тапасом или просветленной силой сознательного бытия духа, безупречно реализующей то, что пребывает внутри него, и именно это безупречное управление вещами согласно их природе, энергиями – порождающими результаты и события, соответствующие их внутреннему потенциалу, действиями – приносящими плоды, обусловленные их характером и намерением, – мы называем законом Природы, Кармой, Детерминизмом или Судьбой, в зависимости от того, с какой точки зрения его рассматриваем. Для ума все это является действиями силы (находящейся вне его или над ним), в которые он вовлечен и в которых способен участвовать с помощью личных усилий, отчасти удачных и достигающих цели, а отчасти тщетных и ошибочных, но, даже будучи успешными, эти усилия в значительной степени отклоняются от первоначальной цели и приводят к результатам, отличным от исходных намерений ума или, по меньшей мере, превосходящим их по своим масштабам и последствиям. Человеческая воля трудится в неведении, озаряемая тусклым светом или чаще вспышками света, которые не столько освещают, сколько вводят в заблуждение и сбивают с пути. Ум человека – это неведение, стремящееся установить стандарты знания, его воля – другое неведение, стремящееся установить нормы справедливости, в результате чего вся его ментальность во многом становится домом, который разделен сам в себе,[15] набором конфликтующих идей, намерений, часто противоречащих идеалам правды или интеллектуального знания. Сама воля принимает разные формы, становясь волей интеллекта, предпочтениями эмоционального ума, жаждой страсти, желаниями витального существа, импульсами и слепыми или полуслепыми побуждениями нервной и подсознательной природы, и всё это создаёт никак не гармонию, а в лучшем случае шаткое согласие среди разногласий. Воля этого ума и этой жизни это блуждание в поисках истинной силы, истинного Тапаса, который может быть достигнут в полной мере, в своем подлинном и абсолютном свете и могуществе, только благодаря единению с духовным и супраментальным бытием.

Супраментальная природа, напротив, точна, гармонична и целостна. Воля и знание в ней – это только свет духа и сила духа – сила, воплощающая свет, свет, озаряющий силу. На высочайших супраментальных уровнях они слиты друг с другом и не только опираются друг на друга, но представляют собой одно движение – самоозаряющую волю и самореализующееся знание, и оба являются единой движущей силой существа. Ум знает только настоящее и живет в его изолированном движении, хотя и пытается помнить и сохранять прошлое и предвидеть и определять будущее. Взору сверхразума предстают сразу три этих аспекта времени, трикаладришти (trik?lad???i); он видит прошлое, настоящее и будущее как одно неделимое целое, а также прозревает в каждом аспекте два других. Для него все тенденции, энергии и силы являются многоликой игрой единства, и он знает, как они связаны между собой в едином движении единого духа. Поэтому супраментальные воля и действие являются волей и действием спонтанно реализующей себя истины духа, правильным, а на высочайших уровнях – безошибочным движением непосредственного и всеобъемлющего знания.

Верховный и универсальный Сверхразум – это активно действующий Свет и Тапас высшего и универсального «Я», выступающего в качестве Владыки и Творца; он познаётся нами в йоге как божественная Мудрость и Сила, вечное знание и воля Ишвары. На высочайших планах Бытия – где всё известно и всё проявляется как существования единого существования, как сознания единого сознания, как спонтанные формы восторга единой Ананды, как множество истин и сил единой Истины – духовное и супраментальное знание сверхразума представлено в первозданном и целостном виде. И на соответствующих планах нашего собственного существа Джива обладает духовной и супраментальной природой и пребывает в ее свете, силе и блаженстве. По мере нисхождения к тому, чем мы сейчас являемся в этом мире, присутствие и действенность этого сокровенного знания ограничивается, однако оно всегда сохраняет если не полноту супраментальной природы и ее способ познавать, намереваться и действовать, то, по крайней мере, сущность и характер этого, так как Джива по-прежнему живет в сущности и теле духа. Прослеживая нисхождение «я» к материи, мы видим ум как некое производное, удаляющееся от полноты своей изначальной сути, полноты ее света и бытия, и живущее в раздробленности и разобщенности не в самом солнце, а в его лучах – сначала в более близких, потом в более далеких. Есть высочайший интуитивный ум, воспринимающий супраментальную истину с более близкого расстояния, но даже он является формацией, вуалирующей непосредственное более великое и подлинное знание. Есть интеллектуальный ум, являющийся сверкающим полупрозрачным покровом, который в светоискажающей и преломляющей атмосфере задерживает и отражает истину, известную сверхразуму. Есть еще более низкий ум, возведенный на фундаменте чувств, и между ним и солнцем знания находятся плотные облака, эмоциональная и чувственная мгла и туман, изредка озаряемые вспышками молний и проблесками солнечных лучей. Есть витальный ум, закрытый даже от света интеллектуальной истины, а еще ниже, в субментальной жизни и материи, дух полностью погружается в своего рода сон и тьму – в сон, сопровождающийся неясными, но мучительными и беспокойными сновидениями, и во тьму механической бессознательной энергии. Эволюционный процесс это пробуждение и восхождение духа из этого самого низкого состояния бытия на утраченные высоты; в процессе этого эволюционного развития мы поднялись над низшим творением, вобрав в себя все его предыдущие стадии, но достигли в своем восхождении пока что только уровня хорошо развитого ментального рассудка. Подлинные же силы спонтанного знания и озаренной воли духа пребывают над умом и рассудком – в супраментальной Природе и все еще недоступны нам.

Если дух пребывает везде, даже в материи – на самом деле, материя лишь омраченная форма духа, – и если сверхразум это универсальная сила вездесущего Знания духа, организующая всё проявление бытия, тогда и в материи, и повсюду должна осуществляться некая супраментальная деятельность. И, как бы ни была она скрыта другими более низкими и невежественными формами деятельности, мы, присмотревшись, можем обнаружить, что именно сверхразум организует материю, жизнь, ум и рассудок. И это и есть то знание, к которому мы сейчас движемся. Существует даже довольно отчетливая глубинная деятельность сознания, которая постоянно присутствует в жизни, материи и уме и, вне всякого сомнения, является супраментальной деятельностью, хотя и подчиненной природе и нуждам низшего творения. Именно ее мы называем интуицией, исходя из наиболее явных и характерных ее черт – непосредственного видения и спонтанного знания – видения, которое на самом деле является результатом некоего тайного отождествления с объектом познания. Однако то, что мы называем интуицией, является лишь частично проявленным признаком присутствия сверхразума, и если мы посмотрим на характер этого присутствия и этой силы с максимально широкой точки зрения, то увидим, что это скрытая супраментальная сила, обладающая спонтанным внутренним знанием и направляющая все действия материальной энергии. Именно она устанавливает то, что мы называем законами природы, поддерживает деятельность каждой вещи в соответствии с ее природой, гармонизирует и развивает целое, которое иначе стало бы случайным и непредсказуемым творением, склонным в любой момент распасться на части. Каждый закон природы точно определяет необходимые условия, стадии и параметры процесса, но что касается причины этой необходимости и постоянства в сохранении порядка и пределов действия закона, постоянства его действия при сочетании определенных факторов, постоянства результатов при его применении в определенных условиях, то он остается чем-то необъяснимым и на каждом шагу поражает нас своей непостижимостью и загадочностью. Подобное впечатление должно возникать либо потому, что даже в своих упорядочивающих функциях он иррационален и случаен, либо потому что он сверхрационален, так как его истина принадлежит более великому, чем наш ум, принципу. Этим принципом является супраментальное сознание; иными словами, сокровенная тайна Природы заключается в том, что она формирует нечто из бесконечных возможностей самосущей истины духа, природа которой полностью ясна только изначальному знанию, порожденному и поддерживаемому в своих действиях фундаментальной тождественностью, постоянным самовосприятием духа. Каждое движение жизни носит тот же характер, как и каждое действие ума и рассудка, и именно рассудок должен первым увидеть повсюду деятельность более великого рассудка и закона бытия и попытаться осмыслить ее и облечь в свои концептуальные схемы, пусть и не всегда понимая, что это действует не ментальное Сознание, не интеллектуальный Логос. Все эти процессы только в своем внешнем аспекте представляются ментальными, витальными и физическими, на самом же деле, на уровне своего тайного управления, они духовны и супраментальны.

Внешние материя, жизнь и ум не владеют этой тайной деятельностью сверхразума, хотя сами контролируются ею и подчиняются необходимости, которую она налагает на их действия. В материальной силе и атоме существует и действует то, что мы иногда склонны называть «разумом» и «волей» (хотя это не совсем верно, так как в действительности они очень сильно отличаются от наших воли и разума), – лучше сказать, что это тайная интуиция самосущего бытия в действии, – но ни атом, ни сила не осознают этого скрытого присутствия и остаются инертной частичкой материи и энергией, созданными в результате первоначальной попытки этого сознания и этой воли проявить себя. Присутствие такого рода интуиции во всех процессах жизни становится для нас более очевидным, потому что эволюционно она ближе к нам. И по мере того как жизнь развивает внешние чувства и ум, мы можем все более и более уверенно говорить о витальной интуиции, скрывающейся за ее операциями и отчетливо проявляющейся в животном уме в виде инстинкта. Инстинкт – спонтанное, безошибочное, непосредственное, ни от чего не зависящее и самоуправляемое знание, свойственное животному, предполагает, что где-то в его существе есть точное знание цели, связи, а также вещи или объекта. Эта интуиция действует в витальной силе и витальном уме, но поверхностные жизнь и ум не владеют ею и не способны осознавать ее действия или контролировать или развивать эту способность по собственной воле. На этом уровне ее проявления мы наблюдаем две вещи: во-первых, то, что открыто интуиция действует только для обеспечения некоторых нужд и достижения ограниченных целей; во всех остальных операциях природы сознание работает двойственно – на поверхности неуверенно и невежественно, а на неосознаваемом, сублиминальном уровне – подчиняясь тайному подсознательному руководству. Поверхностному сознанию свойственен сумбурный поиск, который не уменьшается, а скорее, нарастает по мере восхождения жизни на все более и более высокие уровни и расширения сферы деятельности ее сознательных сил; но, несмотря на все метания витального ума, действия природы и последующие результаты, соответствующие потребностям, задачам и целям существа, определяются тайным «я» внутри. Это происходит на все более и более высоком уровне, пока, наконец, не достигает уровня человеческого рассудка и понимания.

Человеческое существо также наполнено физическими, витальными, эмоциональными, психическими и динамическими инстинктами и интуитивными ощущениями, но, в отличие от животного, человек не полагается на них, – хотя, благодаря более высокому эволюционному развитию и еще более высоким потенциальным возможностям, в нем они могут действовать в намного более широких пределах и достигать намного более великих результатов, чем в животном и низшем творении. Пренебрежение этими инстинктами и интуитивными ощущениями привело к подавлению, снижению или прекращению их деятельности, они перестали проявлять открыто и в полной мере свою активность – эти способности не то чтобы совсем утрачены, а скорее, отодвинуты на задний план или вытеснены в сублиминальное сознание, – и в результате эта природная часть его существа, даже обладая большими возможностями, намного менее уверена в себе, менее доверяет указаниям своей природы, намного более сбивчива, ущербна, подвержена ошибкам, нежели аналогичная часть существа животного, действующего в более узких границах. Причина в том, что подлинная дхарма и закон бытия человека заключается в поиске более великого абсолютно сознательного существования и такого самопроявления, которое уже не омрачалось бы и не детерминировалось непонятной необходимостью, а, напротив, было бы озарено, сознательно к тому, что выражается, и способно находить для этого все более и более совершенные и полные формы выражения. В конце концов, человек должен отождествиться со своим величайшим и подлинным «я» и начать действовать или, скорее, позволить ему действовать (рассматривая свое природное существование как инструментальную форму проявления духа) согласно его спонтанной и совершенной воле и знанию. Чтобы осуществить этот переход, он в первую очередь должен воспользоваться разумностью и волей рационального ума, и чем более они развиваются, расширяя сферу его познания и направляя его, тем более он склоняется к тому, чтобы опираться на них и контролировать с их помощью все остальное существо. И если бы рассудок был высочайшей вершиной и величайшим самодостаточным орудием «я» и духа, человек мог бы с его помощью совершенно познавать и столь же совершенно управлять деятельностью своей природы. Но он не способен это делать в полной мере, так как его «я» намного шире его рассудка, и если он не пойдет дальше рациональной воли и сознания, он наложит произвольные ограничения (как качественные, так и количественные) на свое саморазвитие, самовыражение, знание, деятельность, Ананду. Другие части его существа тоже хотят полностью выражать себя в широте и совершенстве «я», но им едва ли это удастся, если это выражение будет качественно изменяться и искажаться, ограничиваться, втискиваться в произвольную форму и приобретать механический характер из-за подчинения жесткому механизму рационального ума. Божество рассудка, интеллектуальный Логос – лишь частичный представитель и заменитель более великого супраментального Логоса, и его функция заключается в том, чтобы утвердить в жизни созданий предварительное частичное знание и порядок, однако основой подлинного, окончательного и интегрального порядка может быть только все более и более полно проявляющийся духовный сверхразум.

Сверхразум в низшей природе наиболее отчетливо проявляется в виде интуиции, и поэтому именно с помощью развития интуитивного ума мы сделаем первый шаг к самосущему спонтанному и непосредственному супраментальному знанию. Вся работа физической, витальной, эмоциональной, психической, динамической природы человека есть смутное улавливание внушений, которые поднимаются из сублиминального интуитивного уровня бытия этих частей, и попытка, обычно совершаемая наощупь и зачастую следующая окольными путями, воплотить их в материальном мире с помощью внешней деятельности и внешних сил природы, не озаренных светом непосредственного внутреннего знания и силы. По мере того как ум становится все более и более интуитивным, он обретает все больше возможностей обнаружить то, что ищут эти части природы, и повести их к тому совершенству самовыражения, к которому они стремятся. Сам рассудок – это только особый тип использования внушений (созданный поверхностным упорядочивающим умом), которые, на самом деле, посылаются скрытой (но иногда становящейся частично явной и активной) силой интуитивного духа. Во всех действиях рассудка – там, где они скрыто или полуявно берут свое начало, – есть нечто, что не является его творением, а дается ему либо непосредственно интуицией, либо опосредованно через какую-то другую часть ума, и это нечто рассудок облекает в интеллектуальную форму и превращает в интеллектуальный процесс. Его рациональные суждения при принятии решений и механический процесс логического обдумывания (либо в своих более общих, либо в более детальных операциях) скрывают подлинный источник и исконную природу нашей воли и мышления. Величайшими являются те умы, в которых этот покров истончен и чье мышление является большей частью интуитивным, что не всегда, но, без сомнения, часто приводит к блестящему проявлению интеллектуальных способностей. Впрочем, в нынешнем человеческом уме эта интуиция не бывает абсолютно чистой и полной, потому что она действует в среде ума и тотчас же захватывается им и облекается в неоднородную ментальную оболочку. Она пока еще не настолько свободна, развита и совершенна, чтобы охватить все операции, осуществляемые ныне другими ментальными инструментами, не так сильна, чтобы овладеть ими и преобразовать их по своему образу и подобию или заменить их своей собственной целостной, непосредственной, безошибочной и в высщей степени эффективной деятельностью. На самом деле, это может произойти только в том случае, если мы используем интуитивный ум в качестве переходного средства для проявления самого тайного сверхразума (ментальным образом которого является интуитивный ум) и формирования в нашем фронтальном сознании органа и орудия сверхразума, который позволит «я» и духу явить себя во всей своей широте и великолепии.

Необходимо помнить, что верховный Сверхразум всеведущего и всемогущего Ишвары всегда отличен от того, которого может достичь Джива. Когда человеческое существо, совершающее восхождение из неведения, поднимается в супраментальную природу, оно обнаруживает в ней целый ряд иерархических уровней и сначала должно утвердиться на более низких уровнях, сформировать не очень высокие ступени и только потом начать восхождение к более высоким вершинам. Человеку суждено наслаждаться там, благодаря единству с Духом, совершенными и сокровенными светом, силой и Анандой бесконечного «я», которое на уровне своего динамического проявления будет детерминировать и индивидуализировать себя в соответствии с тем типом самовыражения, которого трансцендентный и универсальный Дух ищет в Дживе. Это та Богореализация и то Богопроявление, которые являются целью нашей йоги, особенно ее динамического аспекта; это станет божественным самовыражением Ишвары в нас, но в человеческих условиях и через обожествленную человеческую природу.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.