Выбраться из машины для промывки мозгов

Все это не означает, что фейковые новости не такая уж серьезная проблема или что политики и священники имеют полное право бесстыдно лгать. Абсолютно неверен и другой вывод: что все вокруг – фейковые новости, что любая попытка добраться до истины обречена на неудачу и что между серьезной журналистикой и пропагандой нет никакой разницы. За фейковыми новостями стоят реальные факты и реальные страдания. Страдания людей зачастую бывают вызваны верой в вымысел, но сами страдания всегда реальны.

Поэтому, вместо того чтобы считать фейковые новости нормой, следует признать, что проблема гораздо сложнее, чем мы предполагали, и что нужно прилагать еще больше усилий, чтобы отличить реальность от вымысла. Идеал недостижим. Одно из самых больших заблуждений состоит в отрицании сложности мира и стремлении мыслить в абсолютных категориях девственной чистоты и сатанинского зла. Ни один политик не говорит всей правды, но некоторые все же лучше остальных. Будь у меня выбор, я гораздо больше верил бы Черчиллю, чем Сталину, даже несмотря на то, что британский премьер-министр не стеснялся приукрашивать факты, когда это было ему выгодно. Точно так же не бывает газет без тенденциозности и ошибок, но некоторые искренне пытаются выяснить правду, тогда как другие представляют собой машину по промывке мозгов. Надеюсь, что, если бы я жил 1930-е годы, у меня хватило бы здравого смысла верить New York Times, а не советской машине пропаганды и не нацистскому таблоиду Der St?rmer.

Каждый из нас обязан тратить время и силы на борьбу против собственной предвзятости и проверку источников информации. Как отмечалось в предыдущих главах, мы не в состоянии все исследовать сами. Но именно поэтому необходимо по меньшей мере тщательно проверять свои главные источники информации – будь то газета, сайт в интернете, телеканал или человек. В главе 20 мы подробнее остановимся на том, как защититься от промывки мозгов и как отличить реальность от вымысла. А пока я предложу два простых практических правила.

Во-первых, если вы хотите получать надежную информацию, за нее придется платить, и немало. Сегодня преобладающая модель на новостном рынке выглядит так: «захватывающие новости бесплатно – в обмен на ваше внимание». Вы ничего не платите за новости и получаете продукт низкого качества. Хуже того, вы сами становитесь продуктом, не подозревая об этом. Ваше внимание, привлеченное сенсационными заголовками, затем продается рекламодателям или политикам.

Гораздо предпочтительнее другая модель: «вы платите за высококачественные новости, без злоупотребления вашим вниманием». В современном мире информация и внимание – чрезвычайно ценный актив. Было бы безумием бесплатно отдавать свое внимание, получая взамен только информацию низкого качества. Если вы готовы платить за качественную еду, одежду и автомобили, почему бы не платить за качественную информацию?

И второе практическое правило: если вас действительно интересует какой-то вопрос, сделайте над собой усилие и прочтите научную литературу. Под научной литературой я подразумеваю статьи в рецензируемых журналах, книги, опубликованные известными научными издательствами, работы профессоров из авторитетных институтов. Конечно, наука не всесильна и в прошлом много раз ошибалась. И все же на протяжении столетий научное сообщество оставалось самым надежным источником знания. Если вы решите, что научное сообщество в чем-то ошибается, не исключено, что вы окажетесь правы, – но вы должны по меньшей мере быть в курсе научных теорий, которые опровергаете, и найти фактические доказательства в пользу вашей точки зрения.

Ученым следует активнее участвовать в общественных дискуссиях. Они не должны бояться высказывать свое мнение, когда дискуссия затрагивает их область знания, будь то медицина или история. Молчание не равнозначно нейтралитету; молчание – это поддержка существующего порядка вещей. Разумеется, очень важно продолжать научные исследования и публиковать результаты в журналах, которые читают лишь немногие специалисты. Но не менее важно рассказывать о новейших научных теориях обществу, причем не только в научно-популярной, но и в художественной литературе.

Означает ли это, что ученые должны заняться сочинением научной фантастики? На самом деле это не такая уж плохая идея. Искусство играет ключевую роль в формировании мировоззрения, а в XXI веке научная фантастика, возможно, будет самым важным жанром, поскольку именно она определяет понимание большинством людей таких вещей, как искусственный интеллект, биоинженерия и изменение климата. Вне всякого сомнения, мы нуждаемся в хорошей науке, но с политической точки зрения увлекательный научно-фантастический фильм гораздо ценнее статьи в журналах Science или Nature.