Как же банальна наша пропаганда!

Как же банальна наша пропаганда!

В 1757 году маленький отряд английского войска, действовавший от имени британской Ост-Индской компании, занял часть Индии, установив там власть марионеточного правителя. За следующие без малого двести лет Индия постепенно попала под значительно более жесткий контроль коммерческих и колониальных интересов британских властителей.

Как же удалось это сделать? Как, скажите на милость, вам удалось бы подчинить своей власти одну из крупнейших стран земного шара, имея для этого в своем распоряжении лишь незначительные военные силы? Ведь число англичан в Индии было очень невелико, едва ли не один человек на более чем миллион местных жителей.

Ответ прост: было создано целое собрание новых историй и стимулов, призванных изменить местную культуру. Новый правящий класс взял в оборот традиционную индийскую культуру, чтобы с ее помощью встроиться в сложившуюся на протяжении тысячелетий традицию социальной и политической стратификации. Англичане смогли подчинить Индию потому, что умело использовали пропаганду, а не потому, что имели лучшее оружие.

Истории, напоминающие мифы, подкреплялись вдохновляющими стимулами. Готовность безропотно подчиняться власть предержащим подавалась как добродетель, даже как своеобразное проявление доблести, что постоянно популяризировалось. Если ваши представления об успехе соответствуют тому, что от вас требуют те, кто стоит у власти, то стабильность общественного устройства обеспечена.

То, что я только что сказал, относится не только к Индии и политической власти колонизаторов. Национальная культура, как мы понимаем, существовала уже во времена колониализма. И это сказывалось в первую очередь на экономике. Мы и сейчас можем использовать экономику в качестве мерила, когда говорим про такие исторические периоды, как эпохи меркантилизма, империализма и капитализма. То, что делает нас достаточно богатыми, чтобы иметь поп-культуру, также определяло и то, как мы видим окружающий мир.

Наша культура, направление развития которой определялось интересами заводчиков и фабрикантов, работала «сверхурочно», лишь бы навязать нам следующие основополагающие принципы пропаганды:

? не создавай проблем;

? следуй за лидером;

? делай вид, что тебе хорошо, даже если тебе плохо;

? безропотно выполняй то, что приказывает босс, это называется работать в команде;

? подстраивайся под окружающую обстановку;

? учи своих детей повиновению;

? сиди и не высовывайся;

? доверься системе – и она позаботится о тебе;

? не взлетай слишком близко к солнцу.

Такая пропаганда буквально въедается в кожу. Она незаметно просачивается в разум и исподволь изменяет его. Вот что пишет об этом Катерина Фейк, основательница сайта Flickr:

«Что может быть приятнее, чем благожелательное внимание, с которым другие люди принимают нас; что может быть лучше искреннего сочувствия с их стороны? Что может вдохновить нас сильнее, чем теплое обращение, которое заставляет нас краснеть от удовольствия? Что пленяет нас больше, чем возможность продемонстрировать силу своего очарования? Что может вызвать большее волнение, чем полный зал впившихся в вас глаз; что потрясает больше, чем взрыв аплодисментов в нашу честь? И, наконец, что может сравниться с восторженным вниманием со стороны тех, кем восторгаемся мы? Внимание со стороны других людей сильнее любого наркотика. Оно важнее любой прибыли, желаннее любой другой формы вознаграждения. Вот почему для людей слава важнее силы и власти, а известность затмевает богатство».

Можете ли вы хотя бы представить, как босс, или учитель, или воин колониальных времен упорно навязывает эту идею своему подчиненному? Как насчет традиционной формулы «сидеть и не высовываться»? А как насчет страха неудачи, боязни критических замечаний и, конечно же, истории о падении Икара, напоминающей нам о том, что нельзя лететь слишком низко? Катерина Фейк явно несет чушь.

Индивидуальные достижения и безумие полета в творчестве идут вразрез с идеологией нашего корпоративного мира. Занимается ли человек творчеством ради славы или ради внутреннего удовлетворения, в любом случае оно воспринимается как угроза теми, кто хотел бы вынудить нас ставить на первое место страх, а не дерзкий порыв.

Нам все время навязывали, причем с невероятным упорством, мысль о привлекательности банальной работы на каком-нибудь промышленном предприятии (и не только на протяжении рабочего дня). Хотя мы время от времени выказываем свое восхищение мифологическими образами нашей привычной культуры, они все равно остаются для нас далекими и недоступными. Вы можете поклоняться Принсу, Леонарду Бернстайну или Леди Гаге, но, как правило, вы понимаете, что у вас нет возможности стать такими, как они. Они – мифические божества, а вы – обыкновенные потребители.

Вы не сразу понимаете, чем станет ваша творческая работа. А если бы понимали, то были бы экспертом, а не творцом.