Глава 8 В поисках искренности

Глава 8

В поисках искренности

28 августа 1976 г., Зал Будды Гаутамы, г. Пуна, Индия

Первый вопрос:

Ошо,

Вы говорили нам, что мы должны радоваться каждый раз, видя, как какой-нибудь человек становится на тропу поиска истины. Действительно, испытываешь очень трогательные чувства, когда видишь, как новый человек становится саньясином и начинает медитировать. Но что мы должны чувствовать, видя, как по-истине прекрасные, правильные молодые люди бросают всё ради разрушительных, ложных миссионеров, которые лишь используют своих последователей для достижения собственных материальных и политических целей?

Я имею в виду человека по имени Мун. Каждый день число его сторонников увеличивается. В то же самое время на Западе неуклонно растет количество его врагов, которые страстно критикуют его самого и его методы. Но его бедные слепые ученики считают это гонение доказательством того, что он — новый мессия.

Это очень сложное явление, и подходить к нему надо весьма осторожно. Прежде всего — это не ваше дело, если кто-то считает себя учеником Муна или Муктананды. Вы должны относиться к этому спокойно, потому что кто вы такой, чтобы решать? Как вы можете определить, прав Мун или нет? И с какой стати решать это должны вы ? Вы не его ученик. Вам следует оставаться в стороне, так как извне понять — невозможно.

То же самое говорили про Иисуса. Все его противники говорили народу то же самое: «Почему вы следуете за этим человеком? Он — ложный мессия». Иудеи до сих пор это говорят, может быть не вслух, потому что их заставляли молчать, подавляли веками, но они до сих пор так говорят. Кому решать? И как?

Те же люди говорят и обо мне, а вы меня слушаете. Люди скажут, что вы попали в руки опасного человека. Вот он промыл тебе мозги, уничтожил тебя как личность, ты под гипнозом, и так далее и тому подобное.

Поэтому, прежде всего, не надо об этом беспокоиться. Не тратьте свое время. Если кому-то нравится быть с Муном, это его дело. И вы говорите «искренние, прекрасные люди...». Если они действительно такие, то рано или поздно они поймут, что этот мессия — ложный. Если их искренность не может открыть им глаза на ложность их мессии, тогда кто может? Так пусть они искренне следуют этим путем. Следуя за ложным мессией, рано или поздно они это поймут. Но если они не поймут, то опять же — им решать.

По сути, чем больше вы критикуете Муна и ему подобных, тем меньше вы оставляете шансов их ученикам увидеть истину самостоятельно. Чем больше вы критикуете, тем больше они защищаются.

А логика — это обоюдоострый меч. Когда вы рьяно выступаете против, Мун говорит: «Смотрите, со мной происходит то же самое, что было с Иисусом. Люди настроены против меня. С великими пророками всегда так и случалось — люди всегда были настроены против них». Таким своим отношением к нему вы доказываете, что он важен, вы придаете ему слишком большое значение.

Если бы евреи так не суетились вокруг личности Иисуса, возможно, христианство никогда бы и не появилось. Я не говорю, прав был Иисус или нет, я просто говорю, что христианство не возникло бы. Но слишком сильное негативное отношение к нему породило защитную реакцию его последователей. Они стали бороться, стали доказывать свою правду.

Будьте безразличны к происходящему. Если вы не можете порадоваться, то хотя бы отнеситесь к этому равнодушно. Если вы можете порадоваться, хорошо.

Те, кто следует за Муном, по крайней мере находятся в поиске. Может, они ищут в неверном направлении, может быть, но, тем не менее, они ищут. В этом они лучше, чем те люди, которые ничего не ищут. Радуйтесь за них. Они двигаются по неправильному пути, в сторону от цели, но двигаются. Они пробираются на ощупь в темноте в поисках истины, но это лучше, чем сидеть в темноте и не искать ничего. В этом они лучше, чем христиане, индуисты, мусульмане, джайнисты, буддисты, которые просто тихо сидят. Их поиск окончен, они считают, что нашли.

Ты становишься христианином только благодаря рождению. Христианство — это не твой выбор, это — лишь случайность при рождении. Только по с рождению ты становишься также индуистом. Во всяком случае, лучше, если кто-то пытается двигаться сам. В этом есть опасность, но вся наша жизнь опасна.

Лучше быть последователем живого Муна, чем мертвого Христа. Я не говорю, что он прав или не прав, он может ошибаться, но, по крайней мере, у человека хватило смелости сделать выбор. Если он ошибается, то рано или поздно его собственный опыт это докажет. Но те люди, которые просто сидят в темноте, никогда не узнают, правы они или ошибаются. И проблема — именно с такими людьми.

Вы приняли как должное то, что вы христианин. Как можете вы быть христианином? Было всего несколько христиан — тех, кто следовал учению Христа при его жизни. Они рисковали жизнью. Главная опасность была в том, что они не знали, за тем человеком они следуют или нет, в этом заключался главный риск. Остались бы они со старой церковью, остались бы они иудеями — они бы не рисковали. Всё диктуют традиции. Традиции, так же как и догматы веры, закреплялись в течение многих веков.

Эти люди занялись поиском себя, они пытались открыть глаза. Меня не волнует вопрос, прав был Иисус или нет, я говорю лишь о том, что эти люди — более живые.

Да, я говорю о том, что хорошо следовать даже учениям Муктананды. И если вы искренне находитесь в поиске, то как долго Муктананда или Мун смогут вас обманывать? Как долго? Ваша искренность — это ваша единственная защита. Продолжайте, нужно долго блуждать в темноте, стучаться во множество дверей, пока не найдете нужную. И другого пути нет.

Поэтому не критикуйте. В этом нет необходимости, вас не должно это волновать. Если вы захотите следовать учению Муна, тогда и подумайте об этом. Другие следуют за ним, пускай они и думают. Зачем вам брать на себя их ответственность? Почему вы должны им указывать? Если кто-то решит следовать за глупцом — это его решение, и он свободен в своем выборе. Следовать по принуждению, даже если вы следуете учению самого великого человека в мире. Будды, это плохо, это убивает вашу свободу. Если вы по собственному желанию следуете за глупцом, это прекрасно.

Я делаю акцент на вашей свободе. А люди, которые выступают против Муна, — почему они против него? По той же причине, по которой люди были против Иисуса, потому что если влияние Муна будет расти, то количество христиан сократится. Они станут «мунистами».

Такие люди — против Бхактиведанты, лидера движения кришнаитов, потому что всё больше и больше людей принимают индуизм, уходя от христианства. Такие люди против Махариши Махеш йоги, потому что всё больше людей бросают христианскую молитву и приступают к трансцендентальной медитации. Это происходит повсеместно.

Есть люди, которые настроены против меня, потому что если вы пойдете за мной, то постепенно вы перестанете быть парси, вы перестанете быть индуистом, вы перестанете быть христианином, вы станете человеком, просто человеком без прилагательных.

А как могут спокойно наблюдать за этим те, кто живет с прилагательными? Они боятся, поскольку уклад их жизни рушится. Они будут стараться спасти ситуацию любыми возможными способами. Но я бы предложил им, если они действительно хотят, чтобы никто ко мне не шел, оставаться ко мне равнодушными.

Чем больше они восстают против меня, тем больше они увеличивают мою значимость. Именно их негативное отношение помогает заинтересоваться мною многим людям. Поэтому лучший способ — это не переживать так сильно по поводу моей персоны, быть равнодушными. Позволить людям прийти и найти. Если они найдут больший смысл в моих словах, чем они находили в своей старой церкви, храме, мечети, тогда — им решать. Если они не найдут в моем лице того, кого искали, они продолжат поиски.

Но если люди против меня, вы занимаете оборонительную позицию. Вы настроены безапелляционно, вам хочется поспорить. Вам нужно как-то доказать, что ваш учитель прав, и что он единственный истинный учитель в мире. И даже когда вы видите у меня некоторые изъяны, видите мои недочеты, ошибки, вы не принимаете их во внимание. Как ваш учитель может ошибаться, какие у него могут быть недостатки? Это невозможно! И вы продолжаете прятаться. И шаг за шагом ваше поведение становится полностью обусловлено людьми, настроенными против меня. Они выступают против меня — вы вынуждены говорить в мою поддержку. Они сами определенным образом оказывают мне поддержку.

Моя позиция такова: не надо волноваться — мир огромен, и все имеют, должны иметь право выбора. Если кто-то чувствует, что приобрел что-то от Муна — а Мун может ошибаться и, насколько я знаю, он ошибается,— но если даже в таком случае кто-то следует его учениям, я не собираюсь уводить этого человека в сторону. С моей точки зрения, Мун ошибается. Но даже если он неправ, кто-то может что-то приобрести благодаря этому человеку. Жизнь очень загадочна, мы учимся и на своих ошибках.

Я знаю многих людей, таких как Муктананда, которые не могут дать ничего. Чудо, что Муктананда может стать гуру. Но, тем не менее, если кто-то решил поверить ему, я не буду разубеждать. Я скажу им идти вперед. Потому что это — единственный способ понять, выяснить. Я скажу: «Иди вперед с открытыми глазами; может быть, так твоя жизнь перейдет на новый уровень». В этом нет ничего плохого. Зачем бояться?

Некоторые учатся у глупцов тому же, чему они могли бы научиться у мудрецов, кто-то учится у псевдогуру тому же, чему он мог бы научиться у истинного гуру. Они — части одного явления. По сути, вы получаете то, что заслуживаете. Есть немного людей, которые заслуживают Муктананду. Что же делать? Они заработали Муктананду в течение своих жизней, многих жизней кармы. И поэтому кто я такой или кто вы такие, чтобы им мешать? Зачем? Они этого заслуживают, это их рост, они должны через это пройти.

Однажды Мулла Насреддин пришел ко мне. Он был очень обеспокоен и сказал:

Я хотел бы сам стать гуру.

Я был заинтригован и ответил ему:

Есть превосходный вариант. Почему бы и нет? Постарайся.

Насреддин продолжал:

Да, именно об этом я и думал. Если Муктананда из деревни Ганешпури смог стать гуру, почему я не смогу? Ошо, у меня есть одна просьба. Найди мне первых учеников.

Рядом сидел человек, который страдал от комплекса неполноценности. Он ходил к психоаналитикампоследователям Фрейда, Юнга, Адлера, он одержал победу над всеми ними и продолжал страдать от комплекса неполноценности. По сути, он стал более опытным в данном вопросе. Чем больше он обращался к психоаналитикам со своей проблемой, тем более опытным он становился. И он наслаждался этим.

И я сказал Насреддину:

Пригласи этого человека. Попробуй. Он страдает от комплекса неполноценности.

Насреддин увел его, сел рядом с ним, посмотрел ему в глаза, немного помедитировал и наконец сказал:

— У меня для вас хорошие новости. У вас нет комплекса неполноценности, вы действительно неполноценны.

Итак, есть люди, которые действительно неполноценны. Они заслуживают Муктананд, Мунов и других подобного рода. Есть глупые люди. Что же делать? В глупых гуру также есть необходимость. Глупые гуру не могут исчезнуть из мира, пока из него не исчезнут глупые люди. Это хитрый экономический закон. Ваш спрос должен быть удовлетворен, кто-то откуда-то должен обеспечить вас необходимым для вас товаром.

Люди думают, что во всем виноват Мун или ему подобные, кто вас использует. Нет, это вы хотите, чтобы вас использовали, это вы не можете жить спокойно, пока вас кто-нибудь не использует. Люди думают, что последователи всегда невинны. Это чепуха! Невозможно использовать невинных людей. Последователи хитры, а используют их более хитрые люди. Хитрый человек не может использовать невинного человека, потому что невинность чиста; благодаря своей чистоте он немедленно увидит, что всё это — полная ерунда. Нельзя использовать невинную личность, можно использовать лишь хитрого человека.

Я был в одном городе. Мулла Насреддин обманул там кого-то. Он сказал, что может удвоить количество рупий с помощью магии, и показал фокус. Он удвоил банкноту в сто рупий. Это был всего лишь фокус, но на человека это произвело впечатление. И этот человек принес всё, что у него былоукрашения, золото, драгоценные камни, деньгии положил перед Насреддином. Затем они сыграли в «игру», и Мулла исчез со всем, что было.

Тот человек пришел ко мне и сказал:

Почему вы позволяете таким хитрым людям быть рядом с вами?

Я ответил:

Вы сами хитры, поэтому он смог вас обмануть. Вы хотели увеличить свои сбережения без каких-либо усилий, поэтому он смог вас обмануть. Если бы вы были невинны, как бы он смог вас обмануть? Его логика ничем не отличается от вашей. Что еще вы от него ожидали? Он сыграл на вашей жадности. Он обманул вас, потому что вы были готовы стать обманутым. Разве вы не видите глупости всего происходящего? Если бы это было в моей власти, я бы отправил вас обоих в тюрьму, потому что высоучастник. Он не один виноват, и его вина вторична относительно вашей. Если бы вы сами не были готовы, как бы он мог использовать вас?

Поэтому не называйте искренними, невинными тех людей, которых обманули хитрые люди. Нет, в них тоже есть зачатки хитрости; они, должно быть, ищут кратчайший путь в нирвану. Тогда любой сможет их использовать.

Кто-то приходит и говорит: «Это сработает. Вот мантра, ее нужно повторять двадцать минут утром, затем двадцать минут вечером — и на вас снизойдет абсолютное блаженство». Он продает что-то очень дешевое, вы называете это трансцендентальной медитацией или чем-то в таком роде, как хотите, и, если он просит за это плату в сто долларов, что в этом плохого? И вы говорите, что этот человек вас использовал. Он не использовал вашу невинность, невинность нельзя использовать. Невинный человек поймет, что такое невозможно. Просто повторять «Рама, Рама, Рама» двадцать минут утром и двадцать минут вечером — и достигнешь просветления?

Будьте благоразумны. А если вы неблагоразумны и он просит у вас сто долларов — он просит то, что соответствует вашей логике. Вы платите эти сто долларов, а потом вы говорите, что вас использовали!

Никто не может использовать вас, если вы не готовы к тому, чтобы вас использовали. Никто не может обмануть вас, если вы сами не готовы к обману. Вся ответственность лежит на вас, поэтому будьте начеку, будьте благоразумны. Не будьте глупцом, иначе кто-нибудь обязательно станет вашим гуру. А потом не кричите, не плачьте и не поднимайте панику по поводу того, что вас использовали. Вы захотели заплатить за достижение нирваны слишком мало.

Помните, что вы попадаете в зависимость только потому, что хотите стать рабом. Вы не можете остаться свободными, поэтому вы попадаете в своего рода зависимость. Но всё дело в вас, иначе никто не может лишить вас свободы. Вы боитесь свободы, вы боитесь роста, вы боитесь посмотреть в лицо жизни такой, какая она есть.

Поэтому откуда-нибудь обязательно появляется гуру, иногда из Кореи, как Мун, иногда из Индии, как Муктананда, иногда из Японии... и конечно же, эти люди обязательно должны быть с Востока, потому что Восток имеет честь быть религиозной, духовной стороной света.

Таким же образом инженер из Германии имеет больший авторитет в Индии; доктор, приехавший из Англии, имеет больший авторитет в Индии. Индийский врач может быть так же хорошо образован, как и английский, но английский врач имеет больший вес, поскольку он приехал из страны науки, у него научная аура. Так же обстоит дело и с часами: если у вас есть часы, сделанные в Индии, — это обычные часы, производимые в Индии. А если у вас швейцарские часы, то это совсем другое дело, у них другая аура, они импортированные.

То же самое касается и религии. В Америке вам нужны импортированные гуру, а Индии больше нечего поставлять на экспорт. Поэтому мы экспортируем их в большом количестве. И они несут с собой ауру.

Здесь им трудно найти учеников. Но они приезжают с легендарного Востока, из Страны восходящего солнца — Японии, из Индии, родины Будды, Махавиры, Кришны — они несут ауру. Совершенно обыкновенные люди, без каких-либо талантов, гениальности, не отличающиеся высоким интеллектом — они могут просто сидеть на месте, и всё начнет происходить само по себе. А вы потом думаете, что они что-то делают.

Вы очень хотите, чтобы с вами что-то случилось, но ничего не происходит. Запад очень заскучал, что-то должно случиться. Сейчас у вас есть всё, что только нужно, всё, о чем вы только мечтали, все материальные блага — на Западе. И теперь, впервые за всю историю, на Западе стали думать о духовности, почувствовали духовные потребности.

Так всегда и было: только когда общество становится богатым, появляются духовные потребности. Бедная страна не может стать религиозной, как бы она ни старалась такой казаться. Этого никогда не было и не может быть.

Я не говорю, что бедный человек не может стать духовным. Отдельные личности могут стать исключениями — Кабир, Нанак, но бедное общество не может быть духовным. Не удовлетворены основные потребности населения. А религия — это очень возвышенная потребность.

Представьте себе, что вы голодны. Кто в такой момент думает о том, чтобы послушать прекрасную музыку? Когда вы голодны, вам нужен хлеб, а не музыка. Бетховен не подойдет, Моцарт — ничто для вас, когда вы голодны. Когда вы умираете с голоду, когда вам нечего надеть, зачем вам Шекспир, Гёте и Калидаса? В них нет смысла.

Когда ваши основные потребности удовлетворены, ваше тело здорово, вы живете в здоровой среде, у вас есть хороший дом, хорошая одежда, еда, уход, тогда вы начинаете чувствовать потребность в эстетическом — музыке, искусстве, поэзии. Вам становится интересен Пикассо, Ван Гог, Пабло Неруда, перед вами открываются сотни дверей.

Когда ваши эстетические потребности тоже оказываются удовлетворенными, когда вам наскучивает и Бетховен, и Моцарт, тогда неожиданно открывается другая дверь, за которой есть Будда, Кришна, Христос. Это самые высокие потребности. Духовные потребности появляются только тогда, когда более низкие потребности удовлетворены.

Запад удовлетворил свои более низкие потребности. Неожиданно появилось стремление, страсть к высшему — она чувствуется на Западе повсюду. Особенно это коснулось нового поколения, которое беспокойно стремится к неизведанному. Это переломный момент.

В этот момент появится огромное количество людей, которые захотят воспользоваться этой потребностью, потому что Запад — как ребенок, ребенок в духовном мире. Западные люди не знают, что к чему. У них просто есть какая-то смутная потребность. И кто бы ни пришел и ни сказал: «Я могу удовлетворить ваши потребности», кто бы ни был достаточно умным, чтобы, по крайней мере, разыграть из себя знатока в этой области,— вы последуете за ним. Но это естественно.

Рано или поздно вы покончите с Мунами или Муктанандами, потому что рано или поздно вы увидите, что они только обещают, но не выполняют своих обещаний. Как долго это может продолжаться? И только тогда вы заинтересуетесь истинным учителем — Кришнамурти или Гурджиевым, Раманом или кем-то еще. Вы начнете интересоваться.

Это естественно. Вначале так и должно происходить. Вы не знаете, как выглядят настоящие розы, поэтому, если люди приносят бумажные или пластмассовые, вам не с чем сравнить, вы просто покупаете искусственные. Но как долго это может продолжаться?

Именно поэтому я решил не ехать на Запад. Сейчас это настоящий супермаркет. Люди стоят на своих импровизированных трибунах и кричат, и продают, и рекламируют, но всё это напрасные усилия. Я решил, что лучше будет подождать здесь. Людям, которые были с Муном, с Муктанандой, с другими подобными, скоро надоест, они поймут, что ничего там не получат, и они будут вынуждены поехать на Восток в поисках правды. Я решил подождать их здесь, не ехать туда. Потому что когда ищущий человек приходит, проделывает такой долгий путь, то его желание истинно, ибо он многим рискует. Он рискует всей своей жизнью.

И будет лучше, если он пройдет через этот супермаркет и поймет кое-что. Если иногда кто-то приходит непосредственно ко мне, я не очень заинтересован в этом человеке, потому что я знаю, что ему будет лучше сначала пройти через Муктананду, Муна и т. д. Когда он проходит через них всех и потом приходит ко мне, возникает быстрый, прямой контакт.

В некотором смысле они полезны. Огромное количество людей побывали в различного рода движениях на Западе. Это хорошо, это хорошая подготовка. У вас есть база, у вас есть образ, есть с чем сравнить.

То есть первый момент...

Вы говорили нам, что мы должны радоваться каждый раз, видя, как какой-нибудь человек становится на тропу поиска истины. Действительно, испытываешь очень трогательные чувства, когда видишь, как новый человек становится саньясином и начинает медитировать. Но что мы должны чувствовать, видя, как поистине прекрасные, правильные молодые люди бросают всё ради разрушительных, ложных миссионеров, которые лишь используют своих последователей для достижения собственных материальных и политических целей?

Пускай идут. Помогите им туда прийти. Предложите им дойти до самого конца. Если они ищут истину, они выйдут и станут более зрелыми, не такими глупыми, более опытными. Не о чем волноваться.

Никогда никому не мешайте, если человек действительно собирается что-то сделать. Позвольте ему. Есть единственный способ чему-то научиться — на опыте; другого пути нет. И если вы думаете, что ищущий на этом пути потеряется, значит, он заслуживает того, чтобы потеряться, значит, это то, что ему нужно в данный момент.

В жизни не случается ничего, если вы этого не заслуживаете. Что бы в жизни ни случилось, вы этого заслуживаете. Никто не может использовать вас, если у вас нет потребности, чтобы вас использовали. Никто не может сделать вас рабом, если вы сами не готовы стать рабом и не боитесь свободы. С вами ничего не случится, если вы сами этого сильно не хотите, если вы сами этого не желаете сознательно или бессознательно. Это ваша жизнь и ваша свобода.

Однажды в четыре часа утра зазвонил телефон.

Что тебе нужно?закричал я в трубку.

Ничего,— последовал ответ.

Тогда зачем ты звонишь мне среди ночи?

Потому что ночью звонки дешевле.

С этого момента я перестал держать телефон у себя в комнате, потому что существуют бессмысленные люди. Они звонят среди ночи по единственной причине — ночью дешево.

Вы следуете за Муном, потому что цена очень низкая. Вы следуете за Муктанандой, потому что цена очень низкая. Что я имею в виду? Я имею в виду то, что вам что-то обещают, но взамен не просят вас преобразиться. Это — очень низкая цена. Эти гуру говорят, что бог к вам снизойдет, но от вас не требуется изменений, вы останетесь таким и же; просто повторяйте эту мантру в течение двадцати минут.

Если вы приходите ко мне, это дело не двадцати минут, это вопрос всей жизни. Вы должны измениться в корне. Я требую радикальных изменений. Вам нужно отбросить старые ценности, старую мораль, старые понятия, свой старый взгляд на мир.

Вы со своим прошлым должны практически умереть, только тогда ваше будущее начнет давать всходы. Я прошу вас быть распятыми, чтобы затем воскреснуть. Я — словно смерть, и именно в этом заключается смысл саньясы: ты умираешь во мне и рождаешься совершенно новым человеком.

Я не говорю, что ваша жизнь станет легче. Нет, она может стать намного сложнее. Я не обещаю вам райскую жизнь. Только одно я могу пообещать вам в том случае, если вы будете готовы рискнуть, так как может возникнуть много сложностей: я могу пообещать, что вы начнете расти. Я могу пообещать только рост. Он всегда сопряжен с трудностями, болью, вы должны разрушить и перестроить в себе многое, вы должны учиться новым путям существования, новому стилю жизни. Это больно.

Я не говорю, что вы станете богатыми, как это обещает Махариши: «Если вы медитируете, то вы станете успешными, вы станете богатыми». Я этого не говорю. В действительности вы можете стать менее успешными. И возможно, вы никогда не разбогатеете, если пойдете со мной. Потому что, если вы пойдете со мной, вы будете становиться всё менее и менее честолюбивыми. Если вы пойдете со мной, вы будете становиться всё менее и менее агрессивными, менее и менее жестокими.

Амбиции — это жестокость, любая попытка преуспеть в этом мире — тоже жестокость. Сточки зрения внешнего мира вы, возможно, потерпите неудачу. Я ничего не могу вам пообещать. Возможно, окажется так, что вы станете нищим. Но одно я могу сказать: вы будете расти внутренне, вы будете обогащаться духовно, вы станете более счастливым человеком. Я не говорю, что вы станете более успешными, но — более счастливыми, более спокойными, более расслабленными. Но я не обещаю вам денег, успеха и тому подобного.

Со мной вам придется многое потерять, а приобретение со мной будет таким глубоким, что об этом будете знать только вы и никто другой. Вы не сможете проявить это, показать кому-нибудь. Приобретенное будет таким глубоким и неуловимым, потери же будут огромными и очень заметными. Все будут видеть, что вы — что-то теряете.

Однажды вечером один индийский саньясин пришел ко мне и сказал:

Все мои амбиции пропали, и теперь меня совсем не интересует успех. Я даже не хочу больше бороться. Я хочу быть совершенно безразличным.

Я ответил ему:

Великолепно. Именно так и должно быть.

Его беспокоила одна вещь. Он сказал:

Что-то происходит: я чувствую себя счастливым, спокойным, но меня больше не интересует медитация.

Я сказал ему, что именно это и должно чувствоваться в конце. — «Брось и это».

Это его немного озадачило, он колебался, прекращать медитировать или нет, потому что только благодаря медитации он дошел до того момента, когда начал чувствовать себя дома... и настолько сильным было это чувство, что все другие желания его исчезли. Он боялся бросить медитацию. Но когда я сказал: «Брось и это тоже», — последний барьер сломался.

Если вы увидите такого человека, вам будет сложно понять, что с ним происходит. В целом, сейчас он может выглядеть менее светящимся, чем раньше, потому что сейчас он очень спокоен, вся его энергия спокойна. Вы не увидите его смеющимся — максимум улыбающимся, но и для этого ему придется приложить усилия. Не потому что он несчастен, он просто очень счастлив.

Вы смеетесь, потому что вы несчастны. Вы копите в себе это несчастье двадцать четыре часа в сутки, а потом вам нужно сделать что-то, чтобы избавиться от этого, и вы смеетесь. Но когда человек становится действительно счастливым, необходимость в смехе исчезает.

Очень сложно понять со стороны, что внутри этого человека что-то происходит. На самом же деле внутри него происходят огромные изменения. Вот что такое саньяса — он исчезает из мира.

Очень немногие готовы к таким изменениям, а те, кто не готов, тоже должны куда-то идти, что-то искать. Им тоже нужен гуру, учитель. Это хорошо, в этом нет ничего плохого, но помните изречение, что человек получает только то, что он заслуживает. И они обязательно найдут кого-нибудь.

Ко мне одно время ходил некий политик, и я спросил его:

Зачем вы ко мне приходите?

Лишь за вашим благословением. Я очень упорно работал, но в течение двенадцати лет оставался лишь министром и никак не мог стать главным министром. А сейчас у каждого министра есть свой гуру, а я знаю только вас, поэтому и прихожу к вам.

Я сказал ему:

Вы выбрали не того гуру. Идите к Сатья Саи Баба. Вы выбрали не того гуру, потому что, если вы будете приходить ко мне, есть вероятность того, что вы даже и министром перестанете быть. Не слушайте меня, не слушайте, что я вам говорю, и не подходите ко мне близко. Это опасно.

С того момента он исчез. Наверное, понял, что я имел в виду.

Со мной вы не будете иметь успеха в жизни. Конечно же, очень немногие люди готовы терпеть неудачи. Со мной вы можете приобрести очень много того, что касается вашего внутреннего мира, но очень немногие люди созревают даже для того, чтобы захотеть этого. Есть много степеней роста, и люди многих разных типов на протяжении многих веков живут вместе. Человек, который идет к Саи Баба, и человек, который приходит ко мне, являются людьми из разных эпох, они не могут быть современниками. Человек, который идет к Сатья Саи Баба, потому что чудеса случаются, должно быть, живет в эпоху двухтысячелетней давности, когда такие вещи считались духовными. На самом деле это обыкновенные магические трюки. Никому не известно, чтобы Будда когда-либо делал нечто подобное. Это было бы глупо.

Прошло две тысячи лет: лишь у немногих людей ум остался таким примитивным. И они идут туда. Они не видят простых вещей. Нет необходимости обсуждать это — любой уличный фокусник может делать подобные вещи. Но когда фокусник делает что-то, вы понимаете, что это просто фокусник. А когда религиозный человек делает подобные вещи, вы считаете это чудом. Хотя их действия абсолютно идентичны.

Сейчас в университете в Бангалоре собрали комиссию из двенадцати человек, и они попросили Сатья Саи Баба помочь им. Они хотят увидеть чудеса и установить, есть ли в них какая-нибудь научная ценность. Он не ответил. Ректор университета написал ему три письма, но он так и не ответил.

А когда ректор представил эти письма прессе, Саи Баба очень разозлился. Затем он выступил перед публикой и ответил на эти письма в совершенно недуховной манере, и это прозвучало невероятно и нелепо. Он сказал: «Эти люди пытаются исследовать меня. Это равносильно тому, что муравей пытается исследовать океан. Эти люди пытаются принизить мою значимость. Это равносильно тому, что собака тявкает и думает, что от этого начнут падать звезды».

Это очень нерелигиозный язык, пошлый и даже неджентльменский. Если ты на самом деле способен сотворить чудо, зачем всего этого бояться? Пускай эти люди приходят. Для тебя это будет прекрасным шансом доказать свои возможности. Почему бы им это не позволить? Они станут твоими последователями. Они разрекламируют тебя по всему миру. Все узнают, что ты действительно сидх, человек-чудо. Почему не позволить им это сделать? Почему ты боишься? Они просто хотят посмотреть.

Ректору бангалорского университета я хотел бы сказать одну вещь: их комиссия состоит не из тех людей. В нее входят профессора философии, психологии и точных наук — физики и химии. Эти люди не могут оценивать мага, у них нет базовых знаний. Какое отношение это имеет к физике? Это простые люди, весьма неискушенные. Они живут в мире математики.

Этой комиссии нужен Гогиа Паша, Лал. Только тогда можно спустить подобных людей на землю. Гогиа Паша, маг, нужен в такой комиссии, потому что он может понять, что делает Сатья Саи Баба. Каждый маг поймет, что он делает. В профессорах в данном случае не будет никакого прока, это очень неподготовленные люди. Что они могут сделать? У них нет ни малейшего представления о магии.

Если вы хотите узнать правду о маге, то возьмите с собой мага. Только он сможет понять. Мир магии очень коварен. Необходимо огромное мастерство. Обмануть не так-то просто, это великое искусство.

Но люди остаются людьми. И даже если вы разоблачите Сатья Саи Баба, это не будет иметь никакого значения, потому что появится другой Баба, потому что у людей есть в нем потребность. Толпа скажет: «Да, тот Баба был ложный, а этот Баба — истинный». Вы продолжите разоблачать таких людей, но разницы никакой не будет, потому что вы не понимаете, что в подобных гуру есть элементарная необходимость. Пока люди не поднимут свой уровень сознания, Сатья Саи Баба так и будут появляться. Вы можете разоблачить одного, но появится другой. Вы разоблачите и этого — родится еще один, потому что такие люди действительно нужны. Они не знают более высокой религии, чем эта.

Все на свете люди не могут быть современниками. Ко мне приходят совершенно разные люди. По сути, они идут немного впереди своего времени; их не поймут. Именно поэтому, когда вы идете в Пуну, люди не могут понять, кто вы, чем вы занимаетесь. Они не могут это понять, потому что вы не принадлежите этому столетию. Вы появились немного раньше своего времени.

Они не могут понять, как саньясин может идти с девушкой за руку — это невозможно! Я раскрываю вам вещи, которые будут возможны только в двадцать первом веке, нужен еще один век... когда религия не будет антижизненной, когда религия будет жизнеутверждающей... когда религия не будет против любви, когда религия станет настоящей демонстрацией любви... когда религия не будет против секса, потому что выступать против секса означает выступать против жизни... когда религия станет всесторонним одобрением всего, что дает нам жизнь, всех благ, которые доступны нам в жизни.

Религия будет просто глубокой благодарностью Богу. Мы должны двигаться навстречу всему, что бы он ни дал, любить, чувствовать, превосходить, но не выступать против.

Когда вы приходите в город Пуна, люди не верят, что вы саньясины; у них свои собственные представления об этом. Саньясин должен быть против жизни, а вы — не такие. Сейчас один из моих давних саньясинов, Паритош, ходит на ипподром. Что делать? Он к тому же выигрывает. Но это же здорово! Я это полностью поддерживаю. Я здесь не за тем, чтобы разрушить вашу жизнь, лишить вас радости и наслаждения. Я здесь — чтобы увеличить их, я здесь — чтобы сделать вашу жизнь более непринужденной.

Для меня саньяса не означает очень серьезного отношения к жизни. Жить надо играя. Ипподром — это тоже часть жизни. И если вам это нравится, то это прекрасно, в этом нет ничего плохого.

И помните: всё, к чему человек стремится, для него необходимо. Пусть идет, помогите ему, он, по крайней мере, пытается что-то найти. И, надеемся, в один прекрасный день он найдет место, где ему удастся найти успокоение и где его не будут обманывать.

И, конечно же, если вы начинаете спорить, люди принимают оборонительную позицию. Это всего лишь часть эго учеников — защищать своего учителя. Если кто-то говорит что- то против меня, вы чувствуете, что это всё говорится и против вас. И это естественно, потому что вы являетесь частью меня, а я являюсь частью вас. И если кто-то выступает против меня, вы чувствуете себя уязвленным, вы начинаете защищаться. И если ваш оппонент сильно преувеличивает, критикуя, вы так же начинаете преувеличивать, защищая, и оба начинаете фальшивить.

Я слышал такую историю.

Пуэрториканская семейная пара прожила вместе всего три месяца, и жена родила здоровую девочку. Гордая бабушка встретила на улице соседку.

Я смотрю, твоя Розита родила уже через три месяца после свадьбы, — ухмыльнулась женщина.

А что удивительного?спросила бабушка. — Моя Розита так невиннаоткуда она может знать, как долго носить ребенка?

Никогда не стоит спорить, это бесполезно. Этим вы заставляете другого человека защищаться, а потом — доходить до крайностей.

Многие люди приходят сюда просто из любопытства. Это тоже хорошо. Не быть любопытным — значит не быть живым. Но для духовного роста любопытства недостаточно.

На Востоке есть три слова. Любопытство мы называем кутухал. Это — детское, поверхностное восприятие. Вы спрашиваете, почему деревья зеленые, и тут же забываете об этом. Если никто не ответит, вы об этом больше не думаете. Кто создал мир? Не то чтобы вам действительно это интересно, просто в голове появляются какие-то идеи. Вы не отдадите свою жизнь за то, чтобы найти на этот вопрос ответ.

Затем идет расспрашивание, которое мы называем жигьяса. Это означает, что ваше любопытство уже не просто любопытство, оно пустило в вас глубокие корни, стало частью вашей жизни. Вы спрашиваете не для того, чтобы просто спросить, вы хотите подробно узнать.

И, наконец, третье слово — мумукша, для него в английском языке нет эквивалента. Любопытство — это простое удивление, расспрашивание уже более сложно, мумукша буквально означает страстное желание узнать правду.

Любопытство никуда вас не приведет, вы так и останетесь простым читателем газет, вот и всё. Каждый день вы читаете газету, а потом ее выбрасываете.

Выспрашивание может сделать вас научным работником, философом, логиком, но вы всё равно не станете религиозным человеком, духовным существом.

Когда ваше желание узнать становится страстным — под страстным я понимаю, когда это становится вопросом жизни и смерти — когда вы не можете успокоиться, пока не узнаете правду, когда вы готовы умереть за то, чтобы добиться ответа на свой вопрос, только тогда вы сможете найти настоящего учителя.

Таким образом, есть три типа учителей: люди, которые удовлетворяют ваше любопытство, люди, которые удовлетворяют ваши расспросы, и те учителя, которые удовлетворяют ваше мумукша, вашу страсть узнать правду. Просто любопытные могут идти к Муктананде, Муну — этого им будет достаточно. Они не готовы к действиям, они простые наблюдатели. И, безусловно, они попадают в массу неприятностей.

Есть такой анекдот.

Еврей стоял на крышке люка, прыгал на ней и кричал:

Шестьдесят девять, шестьдесят девять, шестьдесят девять!

Мимо проходил немец и спросил:

Что вы делаете?

Еврей спрыгнул с люка, схватил немца за руку.

Вот, — сказал он, — теперь вы попробуйте.

Немец встал на люк, а, когда он начал прыгать, еврей резко дернул крышку, и немец провалился вниз.

Ха!воскликнул еврей, снова закрыл крышку и стал прыгать. — Семьдесят! Семьдесят! Семьдесят!

Именно в этом и заключается любопытство. Кто-то кричит: «Шестьдесят девять, шестьдесят девять, шестьдесят девять!» — и у вас в голове сразу возникает мысль: «Что это значит? Что такое шестьдесят девять?» Теперь вас больше нет... вы не имеете никакого отношения к этому. Если вы хоть немного бдительны, то пройдете мимо. Пускай говорит: «Шестьдесят девять, шестьдесят девять!» Пускай кричит. Вам-то зачем это нужно?

Но человек похож на обезьяну. Если кто-нибудь кричит, вам становится интересно. В чем же дело? Муктананда кричит: «Кундалини! Кундалини! Кундалини!» Что такое кундалини? «Шестьдесят девять» превращается в «семьдесят».

Сначала вас заманивают в ловушку, а из нее очень трудно выбраться, потому что подключается ваше эго.

Семилетнего мальчика учили, как нужно правильно приглашать девочку на танец. Через полчаса он спросил учителя: «Хорошо, а как от нее избавляться?»

Очень легко пригласить девушку на танец, настоящая проблема — в том, как от нее избавиться. Легко влюбиться, проблема в том, как от нее избавиться. Вы ведь никогда не думаете серьезно о последствиях.

Когда вы идете к кому-то, то, возможно, вы делаете это просто из любопытства. Кто-то из ваших друзей был там, ваши соседи были там и рассказывают: «Баба — это что-то невероятное!» Поэтому вы должны идти — вот шестьдесят девять! К тому же у вас большие амбиции, а также болезни, еще и судебное дело против вас в суде, и в придачу тысяча и одна проблема. Когда вы идете к Баба и там находятся люди, которые говорят, что он — чудо, что он создает вещи из ничего, ваши стремления разгораются. «Если он может создавать вещи из ничего, может, он поможет мне в суде, или вылечит меня, или поможет реализовать мои амбиции, преуспеть в жизни».

Так вы попадаете в ловушку. А тут вам говорят, что вы следуете за ложным мессией. Вы начинаете защищаться. Это становится проблемой вашего эго. Вы? Как вы можете ходить к ложному мессии? Если вы туда ходите, значит, мессия просто обязан быть истинным. Вы не могли пойти к другому, вы ведь такой проницательный человек, такой умный. Как вас может поймать на крючок ложный мессия? Это невозможно. И тогда вы пытаетесь доказать, что он — не ложный.

Вы попадаете в собственную ловушку. И однажды будет очень трудно выбраться из этой ловушки, потому что придется взять назад слова, которые вы имели неосторожность сказать. Вы сами говорили, что он — величайший учитель, а потом в один прекрасный день вы захотите уйди. А как теперь уйти? Это противоречит вашим собственным убеждениям, затрагивается ваше эго.

Я хочу сказать только одно: идите, куда вам хочется, но не позволяйте вас во что-то вовлечь. Всегда будьте начеку. Если можете чему-то научиться — учитесь. Если поймете, что там нечему учиться — будьте готовы уйти.

Не надо уходить со злостью. Не надо уходить тогда, когда вы сами начинаете уже выступать против гуру. Не надо становиться врагом, просто уйдите. Потому что плохо быть слишком преданным и плохо быть переполненным ненавистью.

Вы идете к человеку; вы учитесь у него всему, чему можете научиться. Если вы чувствуете, что вы, наконец, нашли свое место, пришли к цели — хорошо. Если чувствуете, что это не так, — тогда уходите и скажите ему спасибо за всё, что он для вас сделал. Может быть, он не сделал ничего, но, по крайней мере, благодаря ему вы поняли, что вы можете стать жертвой кого-то, кто ничего не может вам дать. В следующий раз вы не станете жертвой так просто. Скажите ему спасибо за урок.

Под одним зонтом стояли три логика.

Это потрясающе, — сказал один из них. — Никто из нас не промокает.

Это потому, что нет дождя, — сказал прохожий.

Многие люди думают, что они счастливы благодаря Баба, потому что его благословение сделало их счастливыми. Они думают, что он — как зонтик. Но сначала взгляните, идет дождь или нет.

По своему опыту знаю, что если к Баба придет сто человек, то пятьдесят окажутся не у дел. Пятьдесят просто уйдут, потому что не почувствуют удовлетворения. А оставшиеся пятьдесят почувствуют своего рода удовлетворение. Не из-за Баба, это простая статистика: если приходит сто больных, почти пятидесяти процентам помогут. И дело не в Баба; если бы они не пришли к нему, они бы тоже поправились. Они выздоравливают просто потому, что «нет дождя».

Вы можете начать раздавать что-нибудь — например простую воду. Попробуйте. Вы можете просто сесть под дерево и начать раздавать воду людям. Спустя неделю вы увидите, что люди станут собираться вокруг вас. Что случилось? Многие начнут говорить, что вы — чудо: «Многие годы меня мучили головные боли, но теперь они исчезли». Кто-то скажет, что у него больше не болит живот. Вы будете удивлены, но постепенно увидите, что раздача воды работает, и станете более уверены в себе.

Когда вы обретете уверенность в себе, подобные вещи начнут работать еще лучше. А люди, которые будут собираться вокруг вас, потому что вы им помогли, создадут вам ауру. Каждый раз, когда будет приходить новый человек, они будут говорить: «Без сомнения это случится, абсолютно точно. Посмотрите, это случилось с нами всеми. У этого человека была головная боль, а у этого болел живот, у этого болело одно, а у того другое. Нам всем помогли».

Это создает своеобразное внушение. Если стольким людям помогло, почему вам не поможет? Вы начнете надеяться, у вас появится вера, и тогда вода начнет работать. Это простое самовнушение. Но всё будет идти по нарастающей.

Это — как снежный ком. Он просто катится, собирает больше и больше снега и потому сам становится больше и больше.

Человеческая глупость неизмерима, и человек прожил века так невежественно и глупо, так безрассудно, что это стало приниматься за норму. Никто не понимает, как это работает. Наука до сих пор не может этого понять. Но известно главное. Как это работает? Работает это на вере. Никто не влияет, никто с вами ничего не делает, кроме вашей веры.

Иисус правдив. Он говорит снова и снова... Люди приходят к нему — они излечиваются, и они хотят поблагодарить его, и он говорит: «Не благодарите меня. Ваша вера вас излечила». Он правдивый человек. Он говорит: «Не благодарите меня. Я ничего не сделал. Ваша вера излечила вас».

А эти Баба так же не понимают. Они сами озадачены тем, что происходит, — так же, как и вы.

Мулла Насреддин весь день выступал на предвыборном собрании и приехал домой поздно ночью усталый и грустный.

Как восприняли твою речь сегодня?спросила его жена.

Думаю, нормально. Но, боюсь, некоторые слушатели не поняли кое-что из того, что я говорил.

Почему ты так думаешь?спросила жена.

Потому, — прошептал Мулла Насреддин, — что я и сам не всё понимаю.

Просто посмотрите, как работает разум: как ваш разум становится суеверным, эгоистичным, как он занимает оборонительную позицию, старается всё рационализировать. Просто подумайте об этом. Истинную работу необходимо проделать внутри вашего разума.

Не беспокойтесь о Муне и других, просто подумайте о своем разуме, и постепенно ясность озарит вас.

Понимая механизм работы разума, человек уже освобождается от этого механизма. Осознав это, человек выходит за пределы разума, и именно это состояние является состоянием свободы. Тогда вас не смогут эксплуатировать, тогда никто не сможет принудить вас к ограничению свободы. Тогда никто не сможет обмануть или одурачить вас.

Последний вопрос был задан Шанти Судиром. Он прислал мне просто чистый лист бумаги. Он присылал мне вопросы почти каждый день. Конечно, я никогда ему не отвечал, и это оказалось его последней отчаянной попыткой. Он задает вопросы чаще всех, но, так как все они надуманны, я и не собирался на них отвечать — все они были лишь интеллектуальным мусором; они не имели никакого отношения к его бытию, к нему самому: пятьдесят процентов всех вопросов касались других людей, а другая половина была взята из книг.

Должно быть, он много читает. Он продолжает посылать мне книги. Должно быть, он многое изучал, и это движет его разумом, и тогда возникают вопросы.

Эти вопросы никак не были связаны с его бытием или ростом; вопросы эти были пустыми — даже не попыткой что-либо узнать — в лучшем случае проявлением любопытства, даже не попыткой разобраться в чем-то.