Египет

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Египет

«Что ж, так устроен мир — потоки энергии зависят от капризов великого магнита. Я был идиотом, отрицая это»

(из к/ф «Страх и ненависть в Лас-Вегасе»)

До дня нашей свадьбы мы дожили относительно спокойно. Кредит был погашен и финансовое положение улучшилось. Это качественно отразилось на умонастроениях Ольги. Правда, ссоры не прекращались, но они уже не были такими болезненными. Наверное, у организма выработался иммунитет. До суицида дело больше не доходило. Как и раньше, секс и кокаин были лучшим лекарством от этих ссор. Ольга часто рассказывала разные истории из личной жизни своих подруг, из которых следовало, что мы ещё мирно живем.

— Не переживай, — говорила Ольга. — Все ругаются.

Я предпочитал молчать. Говорить ей, что мы с Оксаной не ругались, было опасно для жизни. Это было бы расценено как уничижительное сравнение. Я чувствовал, что в нашей жизни все не так, но никак не мог найти корень этой проблемы. Отношения с Оксаной были значительно чище и красивее. В душе я о них сильно жалел.

Надо полагать, что семейные ценности формируются у ребенка с самого малого возраста, когда он смотрит на отношения родителей. К сожалению, в моей семье смотреть было не на что, кроме нескончаемого потока молодых секретарш, каждая из которых претендовала на роль второй мамы. Я искренне верил, что после свадьбы в наших отношениях все изменится на корню. Не знаю, как я мог быть таким наивным. Это была очередная иллюзия, навеянная наркотиками и незнанием истинного положения вещей.

Написание этой истории, а особенно всего, что связано с Ольгой и нашей совместной жизнью, меня сильно угнетает. Просто меня попросили написать обо всем, что со мной было, поэтому я делаю над собой усилие и пишу. Видимо, это такой местный обычай — побывал в когтях у сатаны — напиши об этом. Наверное, чтобы другим неповадно было. Я даже не знаю, какой из кошмаров страшнее — тюрьма или этот период.

Конечно, я не понимал, что на самом деле происходит вокруг меня. Если бы мои глаза хоть на миг открылись, я в тот же день не раздумывая купил бы билет на самолет и улетел в страну третьего мира. Мне было бы предпочтительнее собирать хворост и пасти скотину какого-нибудь фермера-пуэрториканца, чем жениться на похоти кокаинового демона, который арендовал мое сознание и руководил моими мыслями, действиями и желаниями. Но мои глаза были широко закрыты, а в демонов я не верил.

Ольга держала под контролем все мои контакты с внешним миром. Она скандалила из-за наркотиков, и она же доводила меня до их употребления. Моя жизнь превратилась в сплошной парадокс. Каким бы я ни был — трезвый или под кайфом, — ей что-нибудь да не нравилось. Повод помотать нервы находился всегда. Мне казалось, что она делает это по глупости, я даже не мог предположить, что это делается специально, чтобы постоянно держать меня в напряжении и наркотическом тумане, не давая высунуть голову на поверхность. Чем больше я пытался разобраться во всем этом и понять, что является истинной причиной наших неурядиц, тем больше Ольга уводила меня в сторону от этих мыслей, приводя в пример друзей и подруг, которые «живут не лучше». Она меня буквально убедила в том, что все так живут и что это — нормально. Я этого не принимал и в глубине себя верил, что свадьба все изменит и мы начнем жить по-человечески. Как же я ошибался.

Первая крупная ссора после свадьбы произошла в день свадьбы. Не на следующий день и не через день, а именно в этот день, при всех гостях и родственниках. Ссора была настолько крупной, что мы провели первую брачную ночь по разным комнатам, а утром Ольга собиралась подавать на развод. За эту ночь во мне окончательно надломилась вера в эти отношения. Я решил, что сделал все, что мог, включая эту несчастную свадьбу. «Раз ничего не меняется, значит, я больше не буду цепляться за эти отношения, — подумал я. — Да, потеряно много времени и денег, но жизнь продолжается. Никто ещё так сильно не унижал меня, как эта женщина». Это решение следовало принять ещё давно.

У меня на руках был тур в Египет — это было наше свадебное путешествие. Как я и предполагал, от своего билета Ольга не отказалась.

— Ты же собралась разводиться, — сказал я с иронией. — Как же ты будешь жить со мной в одном номере?

— Вернусь из Египта и разведусь, — с презрением отвечала Ольга. — И не факт, что я буду жить в одном номере с тобой!

Окончание её фразы прозвучало особенно многозначительно. Ольга умела ужалить, она была настоящим мастером в этом деле. Наш самолет взмыл в голубую даль — навстречу пирамидам и легендарному сфинксу.

Тайна Египетских пирамид притягивала меня с малых лет. Мне всегда казалось, что за этими пирамидами скрывается нечто большее, чем просто гробницы фараонов. Сказки о том, как рабы перетаскивали на своих плечах многотонные глыбы, которые нам скармливали на уроках истории, ещё тогда казались мне неубедительными. Позже мне повстречалась книга, в которой выдвигалась версия, что пирамиды использовались жрецами для осуществления магических ритуалов. В ней говорилось, что жрецы выстраивались по краям пирамиды и направляли коллективное намерение к её вершине. Сила этого намерения, собранного в одной точке, была настолько велика, что оно моментально осуществлялось. Это мог быть, например, призыв дождя, или огненного града, или саранчи — все зависело от конкретной цели призыва. При помощи таких призывов жрецы держали народ в страхе перед «богами». Эта история показалась мне больше похожей на правду, чем банальная версия с гробницами. В одном я был уверен точно — пирамиды хранят в себе что-то очень древнее и очень мистическое. Не то, чтобы я вычитал это в каких-то книгах или увидел в кино — я знал это всегда. Тогда я ещё не мог объяснить природу этого знания, это было что-то вроде откровений, которые изредка меня посещали, когда мое сознание не было затуманено. Впрочем, особого значения я им не придавал.

Египетское солнце растопило сердце Ольги, и она передумала подавать на развод. Это было приятным дополнением к программе. Другим приятным дополнением было то, что здесь можно было практически в любом кальян-баре заказать кальян с гашишем. Для меня это было нечто новое. Мы с Ольгой сидели на мягких подушечках открытого кафе и совершенно в открытую курили кальян, забитый необычайно качественным гашишем. Мимо проходили люди, по дорогам ездили машины, в том числе и полицейские, но здесь это никого не смущало. Я думал, что такое возможно только в Амстердаме. Поначалу обстановка в кафе показалась несколько неуютной потому что нас со всех сторон окружали черные как смола Египтяне, которые курили свои кальяны и о чем-то говорили по-египетски. Но гашиш был настолько качественным, что после нескольких затяжек мы не только увидели в них веселых и дружелюбных людей, но и начали понимать египетский. Это было удивительно. Мы стали слышать их так, словно они говорят по-русски. Никогда раньше я не встречал такого качественного гашиша. После этого кафе я лежал возле бассейна и, глядя на вечернее небо, видел, как облака превращаются в драконов и рыцарей и сражаются между собой. Это было круче любого фильма.

Должен сказать, что я не рекламирую наркотики, а просто описываю свой опыт, который я никому не рекомендую повторять. Более того, забегая немного вперед, скажу, что алкоголь, сигареты и большинство видов наркотиков, особенно синтетических, равно как медицинские прививки и многие категории продуктов питания являются настоящим оружием по геноциду сознания и духовного начала в каждом из нас. Они намеренно производятся и впрыскиваются в общество, чтобы загрязнить энергетические поля и заблокировать духовное зрение в человеке с малых лет. Но на тот момент я ещё не дорос до таких серьезных и глубоких истин, поэтому с восторгом смотрел, как семиглавый дракон на небе плавно превращается в женскую фигуру.

Свадебное путешествие прошло мирно, почти без конфликтов, но сразу по возвращению в Питер приключилась очередная крупная ссора. Ольга исчезла на ночь, а вернувшись с утра, застала меня играющего с приятелем по сети в Героев. Это и было поводом для ссоры. По всей видимости я должен был сидеть возле подъезда с цветами и ждать, когда Олечка нагуляется, а я не только осмелился пригласить в гости приятеля, но ещё и нюхнул «скорости». Ольга раздула из этого такую страшную трагедию, что я начал было сомневаться — может быть, действительно я чего-то не понимаю. Подумаешь, жена ушла на ночь в неизвестном направлении. Из всех вариантов ответных действий я выбрал самый безобидный — игра в Героев, но и это оказалось преступлением. Я совершенно не понимал, что этой женщине нужно от жизни и почему она постоянно беснуется.

Ольга была беспощадной. Обхамив меня и приятеля всеми матами, она начала собирать вещи и опять позвонила своему бывшему ухажеру, чтобы тот за ней приехал. Создавалось впечатление, что Ольгу просто тянуло к нему. Я решил что это — последняя капля, и я больше не пошевелю ни пальцем, чтобы её остановить. Впервые за всё время этих отношений я отпускал её с легкостью. Пока Ольга собирала вещи, я со спокойным видом продолжал прерванную партию.

Мой настрой был тверд — я больше не позволю продолжаться этой агонии и вырву эту женщину из сердца, чего бы мне это ни стоило. Конечно, в душе я знал, что это будет нелегко, но виду не подавал. Однако как только она исчезла с сумками за дверью, из глаз полились слезы. Я ничего не мог с собой поделать. Сердце опять наполнилось пустотой и одиночеством. Я понимал, что полюбил не ту женщину — вместе быть мы не можем, потому что это погибель, и без неё никак. «Надо пересилить себя и поставить на этом точку», — подумал я.

Чтобы вырывание жены из сердца было менее болезненным, я запасся для анестезии небольшим количеством метамфетамина и закрылся в офисе. Снова начался наркотический кошмар во сне и наяву. Лежа на диванчике я бредил, вспоминая светлые мгновения этих отношений. Их было совсем немного, но они были, и сейчас они резали душу в кровь, как никогда раньше. Я понимал, что ни одно из них больше никогда не повторится и что моя жизнь разбита — в 16 лет её разбила одна женщина, побудившая меня на преступление, а теперь это сделала Ольга. Мне потребовалось несколько дней на самобичевание, чтобы взять себя в руки. Наконец сознание начало проясняться. «Хватит, — твердо сказал я сам себе. — В мире есть много прекрасных девушек, и я обязательно встречу одну из них. Надо встать на ноги и перестать пускать сопли». С таким настроем я вернулся за компьютер.

Удивительным образом я почти сразу познакомился через интернет с девушкой Женечкой. Мы встретились, и она мне понравилась. С ней было легко и приятно проводить время в общении. Ничего серьезного я не строил, но это новое знакомство помогало мне поскорее забыть про Ольгу. Женечка рассказала, что до знакомства со мной она встречалась только с одним молодым человеком.

— Его зовут Александр, — сказала она. — Мы расстались, но я иногда встречаюсь с ним по обоюдному желанию.

— Зачем? — спросил я.

— Для секса, — ответила она, виновато опустив глаза. — Не могу ничего поделать с этой темной стороной себя. Она меня съедает. Мне кажется, что если в моей жизни ничего не изменится, она победит меня и я пропаду как все.

Я плохо понимал, о чем она говорит. Мне казалось, что она просто рассказывает о каких-то внутренних проблемах, которых у всех хватает. Жалею, что я тогда так невнимательно отнесся к её словам. Мне не хватало полноты видения картины мира, чтобы заметить, что во всех ключевых событиях моей жизни, а особенно в отношениях с женщинами, всегда присутствовали некие Александры. Даже то, что невольно замечал, я списывал на простые совпадения.

Мои свидания с Женечкой долго не продлились. Первым тревожным сигналом для меня стала её фамилия, которая мне случайно открылась — она была точно такой же, как у Ольги. Именно тогда я всерьез задумался о том, что всё это не случайно не только в частности, но и в целом. «Как такое может быть? — задавался я вопросом. — Из миллиона девушек я знакомлюсь именно с той, у которой такая же фамилия, как у Ольги». Возможно, я не придал бы этому значение, если бы в моей жизни раньше не было других похожих и не менее таинственных «случайностей». Но главной причиной нашего разрыва была, конечно, не её фамилия.

Пока я анализировал этот факт, позвонила Ольга и сказала, что ей нужно со мной срочно встретиться. Мои раны только начали затягиваться, и я совсем не хотел её видеть.

— Скажи по телефону, — попросил я.

— Не могу, это требует личной встречи, — сказала она. — Это очень важно.

Я не знал, что и думать. Пришлось согласиться. Наша встреча произошла в тот же вечер, в кафе «Пирамида», — видимо в память о Египте. Когда я пришел, она меня уже ждала за столиком. У меня не было желания задерживаться, поэтому я начал без особых лирических вступлений:

— Что ещё ты хочешь мне сказать, помимо всего, что уже было сказано?

— Ты не поверишь, — сказала она и таинственно блеснула глазами.

По её расположению я сразу почувствовал, что она настроена на примирение.

— Давай без интриг, — попросил я, стараясь не дать себе слабину. — Кажется, мы друг другу всё уже сказали. Я не хочу дальше продолжать эти отношения.

Обычно я разговаривал с ней гораздо мягче и податливее. Она сделала огорченное лицо.

— Нет, мы ещё не все друг другу сказали, — ответила она.

— Так говори, не томи.

— Я беременна!

Эта новость была для меня, как удар деревянной киянкой по голове. «Этого не может быть», — подумал я. До этого Ольга рассказывала, что несколько лет назад она сделала аборт и с тех пор не может зачать. Я совершенно не был настроен на продолжение отношений и спросил, с чего она это выдумала. Ольга ответила, что просто чувствует, как в её животе зародился младенец. Всё это было похоже на какую-то злую шутку судьбы.

— Тебе не получится в очередной раз меня обмануть, — сказал я. — Я отвезу тебя на УЗИ и, если беременность не подтвердится, мы навсегда расстанемся.

— А если подтвердится? — спросила она.

— Когда подтвердится, тогда и будем разговаривать.

После этой встречи я позвонил Женечке, которая ждала моего звонка, и рассказал ей о встрече с Ольгой.

— И что теперь? — спросила Женечка.

В её голосе чувствовалось напряжение.

— Если Ольга действительно беременна, я не оставлю её с ребенком, — сказал я. — Ты должна это понимать.

— Не факт, что этот ребенок от тебя, — сказала она.

— И тем не менее, пока мы этого не узнали, я отец.

Я чувствовал, что она расстроена, но сделать свой выбор в её пользу не мог.

— Хорошо, — сказала она. — Давай подождем результатов УЗИ.

На следующий день я отвез Ольгу в больницу. УЗИ подтвердило — Ольга была беременна на 2-ой неделе. Это произошло либо в Египте, либо сразу по возвращению в Питер. Ольга плясала от радости, а я был совсем оглушен и растерян. Все, что я мог сказать, это только слова из песни — ту-ту-ту, на-на-на, снова вместе, снова рядом…